— Ты так и не сказал, что готов мне предложить, — Женя чуть отстранилась, всматриваясь в его осунувшееся лицо и горящие страстью глаза. Неужели он переживал, скучал, ждал ее?
— Я готов предложить тебе все. Все, что захочешь. — Алекс был серьезен как никогда, и она ему поверила.
Но решила уточнить:
— А что ты хочешь от меня? Мы должны обговорить условия на берегу.
Его взгляд потемнел:
— Ты знаешь. Я властный, люблю подчинять…
— Да, это я знаю, — перебила его Женя. — Но и ты успел узнать меня. Я не та, кто безмолвно будет заглядывать тебе в рот. Я та, кто каждый день будет бросать вызов. Ты готов жить с той, с кем надо считаться?
Алекс замер, затем хрипло произнес:
— Я успел изучить твой характер и, конечно, полностью принимаю. Но я говорил о наших постельных предпочтениях.
— И это тоже. Я хочу уважения и равноправия в постели. Я готова тебе подчиняться. А ты, Алекс Орловский, готов мне подчиниться?
Мужчина искренне удивился. Вернее, он был ошарашен. Через какое-то время пришел в себя и кивнул:
— Я полностью в твоей власти, Женя.
— Хорошо. Тогда раздевайся!
— Что?!
— Что тебе не понятно? Я приказываю, ты подчиняешься. Или уходишь, — твердо произнесла Женя. — Раздевайся и ложись! Руки подними, ноги раздвинь.
Мужчина по-новому взглянул на свою избранницу и криво усмехнулся. Неужели она думала, что он так легко отступит и сдастся? Алекс принялся медленно расстегивать пуговицы на рубашке, потом перешел к брюкам. А Женька так завелась, что уже готова был разорвать на нем одежду. Но она сама придумала правила и решила идти до конца. Она наблюдала, как Орловский освободился от нижнего белья и лег на спину во всем своем мужском великолепии. Красивом и очень возбужденном великолепии. Алекс положил руки под голову и чуть расставил ноги. Женя облизала внезапно пересохшие губы, молниеносно скинула через голову длинную футболку, которая служила ей ночнушкой, и оседлала бедра любовника. В его глазах она прочитала нечто такое, отчего сердце бешено заколотилось. Склонившись к нему, девушка тронула легким поцелуем губы, а затем заскользила ниже от подбородка к шее. Всасывая губами кожу, прикусывая, целуя, она заводилась похлеще, чем от самых откровенных поз. Кажется, Алекс тоже. Он стонал, нетерпеливо шевелил бедрами и уже пустил в ход руки, сжимая ее талию.
На секунду оторвавшись от своего приза, Женя строго произнесла:
— Руки! Где должны быть твои руки?
Алекс усмехнулся, тут же покорно завел руки за голову и прохрипел:
— Все, как ты захочешь.
Женя вновь склонилась к мужчине: провела пальцами по его груди, за ними следовали губы. Девушка стала ласкать темные маленькие соски, играть с ними языком и прикусывать точно так же, как это с ней ранее проделывал Алекс.
— Черт. Ты хочешь мой смерти, — шипел он, выгибаясь дугой.
Женя чувствовала его возбужденную плоть. Она поерзала, чем вызвала очередные хрипы. Мужчина не выдержал и вновь опустил руки, с силой сжав ее бедра ладонями. Он приподнял ее и стал медленно насаживать на твердый член. Они одновременно застонали, когда Алекс начал двигаться — жестко, порывисто, быстро. К долгому секс-марафону оба были не готовы. Еще несколько сильных толчков, и любовники одновременно кончили. Все-таки неделя разлуки слишком большой срок.
Женя упала на твердую мужскую грудь, тяжело дыша. Алекс с силой прижал к себе ее хрупкое тело:
— В этом что-то есть. Но тебе не кажется, что все прошло как-то быстро?
Женька многообещающе произнесла:
— Это только начало. Чуть позже я тебя свяжу. Ты непослушный мальчик, твои руки были не на месте.
Орловский сдавленно хмыкнул. Он нашел ее губы и целовал долго, смакуя и даря наслаждение.
— Люблю тебя. Правда, не обещаю, что буду подчиняться каждый день.
— Ты думаешь, что это подчинение? Нет, всего лишь разминка, — Женька с вызовом посмотрела на любимого. — Вот когда я овладею всеми этими паддлами и флоггерами, тогда покажу тебе настоящий мастер-класс по подчинению. Но обещаю, что буду с тобой очень, очень нежной.
Алекс счастливо рассмеялся, понимая, что породил маленького монстра. Самого любимого и желанного.
