Лика вцепилась в его плечи и потянулась навстречу, встав на носочки. Она отвечала ему с такой пылкостью, с таким желанием, что Рустам не сдержался, обхватил её ягодицы, подтянул девушку выше, прижимая к стене коридора, потираясь о её тело возбуждённым до боли членом.
– Тс-с-с, маленькая, – прошептал хрипло в ухо, когда Лика, не выдержав, застонала ему в губы. – Ты же не хочешь, чтобы твои сёстры услышали?
На самом деле Рустаму было плевать на всех и на то, что девчонки Казимировы могут их услышать. Ему просто нужно было найти повод отстраниться, отпустить Лику.
Девушка, опустившись на ноги, прижалась всем телом к Рустаму. Вскинула голову.
– Опять по работе? – спросила тихо.
– Да,– Рустам поглаживал пальцем её чуть припухшие после поцелуя губы, чувствуя, как сердце отбивает в груди чечётку. – Два проекта, один из которых очень важен для меня.
– Ты расскажешь? – спросила с надеждой.
– Обязательно. Но не сейчас, – пообещал Рустам.
Лика положила голову на мужскую грудь, вспоминая слова Зейнаб: «Рустам мужчина. Настоящий. Если есть проблема – он её решает и только потом ставит в известность». Вспомнились и его слова о себе, что у него тяжёлый характер и с ним будет не просто.
Сейчас Милолика ясно поняла, ощутила как это трудно – просто поверить, не задавая вопросов. Лика знала, что у неё всё же есть выбор – либо принять его таким, какой он есть и никогда не устраивать ему допросов, либо сейчас, в этот момент оттолкнуть. Она чувствовала – именно в это мгновение может сказать, что не будет его ждать, что после реабилитации вернётся домой к Тамаре, но от мысли, что больше в этом случае не увидит Рустама, просто сойдёт с ума. Поняла – не сможет больше без него. «Он мой – вот такой неразговорчивый, грубоватый, скрытный. Люблю его такого, какой есть!» – промелькнула у неё мысль.
– Хорошо, – вздохнув, Лика отстранилась и, обняв себя за плечи, отошла на пару шагов.
Молча наблюдала за тем, как Рустам, бросив на неё пронзительный взгляд, выходит за дверь, указав, чтобы сразу закрыла за ним на замки и только потом позволила себе расплакаться.
Неприятным открытием для Милолики, как и для её сестёр стало известие, что им нельзя погулять по столице.
– Сейчас не самая безопасная для вас ситуация, – объяснял Марат, ничего не понимающей девушке, и естественно у них не оставалось выбора, кроме как сидеть в арендованной квартире.
Сёстры и Тамара в отличие от Милолики могли смотреть телевизор, копаться в интернете, Лика же была лишена такого удовольствия – врач настойчиво рекомендовал, как минимум ещё на пару месяцев ограничить общение с гаджетами и единственной радостью для девушки стали ежевечерние разговоры с Рустамом.
Лика, слыша какой у него временами уставший голос, предлагала отложить разговор, чтобы он мог отдохнуть, но Рустам своим проникновенно грудным тоном уверял девушку, что отдыхает, когда слышит её голос. Порой он заводил разговор о том, что сейчас бы сделал с её телом, как бы ласкал, и Лике становилось жарко не только от смущения.
Пылая щёчками, она по его просьбе сбивчиво, иногда чуть ли не заикаясь, отвечала – как сама бы прикасалась к нему и каких бы ласк хотела от него.
Неделя поездок в клинику подошла к концу и врач довольный результатом процедур, огорошил девушку:
– Вот и подошло наше время расставаться.
– Так быстро, но… – растерялась Милолика.
– Естественно зрение нужно поберечь, поэтому так же никаких гаджетов, избегать яркого солнечного света, носить очки. Ну а в дальнейшем вас будет наблюдать офтальмолог по месту жительства.
Забрав документы, Милолика вернулась домой, рассказав сёстрам и Тамаре о том, что её лечение здесь закончилось.
– И что теперь делать? – спросила растерянно.
– А Рустам что-то говорил по этому поводу? – нахмурилась тётя, – Когда он возвращается?
– Нет, – мотнула головой Лика, – Можно было бы спросить у Марата, но меня сегодня сопровождал охранник и водитель.
– Ну, так позвони ему! – сразу предложила Надя, приподняв брови от удивления, что Лика сама не додумалась до этого.
– Нет, лучше вечером, – решительно отвергла она предложение Нади, – У него могут быть встречи, ну а мы ничего не теряем сидя на полном обеспечении здесь.
С каждым часом до приближения ночи, Милолика нервничала всё больше и больше. Чувствовала себя паучком на тоненькой паутинке, которого раскачивает ветер по имени Рустам. Стоит ему дунуть не в ту сторону и сорвётся она в пропасть. Неизвестность. Главный её страх, который овладевал девушкой. Когда Надя принесла её трезвонящий телефон и протянула, поясняя – «Рустам», Лика вытерла вспотевшие ладони о простое, голубенькое платье, прежде чем взять трубку.
– Привет, – получилось у неё хрипло от волнения.
– Привет, маленькая, – отозвался Рустам, – Чем занимаешься? Где сейчас?
– Я…я в спальне, – Лика зашла в комнату и закрыла за собой дверь.
– Ну, тогда выйди и открой мне, – в голосе Рустама скользнула улыбка.
