Аури'Каль шёл медленно и величественно, наслаждаясь тем, что его боятся воины и рабы. Не было ни дня, чтобы он не мечтал занять трон своего Владыки Тенера. Да, он понимал, что не способен сражаться на равных с Демоном, но в мечтах… В своих грёзах он был новым владыкой, более жестоким и кровожадным, начавшим новые завоевательные походы во имя СВОЕЙ власти! Он мечтал о многочисленных казнях, выжженных деревнях и городах, душераздирающих воплях женщин и детей. Но больше всего он хотел истребить всех тех, кто не способен использовать магию, считая их ничтожествами. По его мнению, лишь маги достойны жизни, но должны покориться одному Верховному Магу, тайно жаждая его могущества. И лишь тот, кто победит в дуэли, займёт место проигравшего. Лишь сильнейший достоен править, а удел слабых – служить и пресмыкаться. Всех, кто не способен использовать магию, необходимо либо истребить, либо сделать рабами, животными, коими они собственно и являются.
Он шёл, погружённый в свои мысли и мечтания. Воины, встречавшиеся на его пути, низко склонялись пред ним. "Грязные животные. Вонючее отребье. Только портят чистоту расы людей. Недо-существа" – с презрением шипел он на каждого из них. Его руки искрились от переполнявших его злости и ненависти. "Умри, тварь!" – выкрикнул он, сбросив синие молнии со своих пальцев в одного из воинов. Он сгорел в тот же миг, а его пепел смешался с вулканическим. Прочие воины скоропостижно удалились прочь, не желая такой же участи. "Грязные ублюдки, недостойные жизни" – прошипел Аури'Каль сквозь зубы.
Он подошёл к своей библиотеке, давно ставшей для него домом. Один из слуг, маг среднего порядка, учтиво поклонившись, стоял в дверях, держа их.
– Приветствую Вас, владыка.
– Уйди прочь, презренный. – скрипя зубами, ответил Аури'Каль.
– Как пожелаете.
Верховный маг, тяжело выдохнув, сел за стол. Его взор упал на сферу знаний – кристал, способный показать любую точку пространства вне времени. Крайне могущественный артефакт, подаренный первому Верховному магу Тенером лично. Но многое из того, что показывает сфера ложно, будто она противится воле использующего её мага. Протянув руку, Аури'Каль медленно, словно боясь, коснулся сферы. Его взору предстал великий и могучий лес, в корнях деревьев которого царил холодный, леденящий душу, мрак. То и дело с разных сторон доносился протяжный вой зверей, жаждущих крови и плоти. Руины древнего разрушенного храма, покрытые мхом, были окружены светящимися фигурами, меняющих свои формы. Неподалёку стояла изба, окружённая небольшим забором. Всё это Аури'Каль видел неоднократно. Одно и то же видение уже несколько лет подряд. "Что же там такое?" – снова задался он вопросом, не зная ответа. Видение едва дёрнулось, после чего всё заволокло туманом. Кто-то или что-то закрывал ему доступ в эту зону. Маг убрал руку со сферы, снова неудовлетворившись результатом. Он медленно бродил возле стелажей книг, выискивая необходимые ему. Слуги, идущие рядом, несли выбранные господином книги. Их было более трёх десятков. Приказав отнести их в личный кабинет, он направился в подвал. Именно там была его тайная комната, где он был скрыт от всех, даже от своего Господина.
Плотно закрыв потайную дверь, он зажёг свечи силой мысли. Для подобной мелкой магии ему не требуется читать заклинания. На небольшой подставке лежала книга, украденная одним из его предков. Этой книге уже более пяти веков. Когда-то она была достоянием Академии Магии в горных районах Заарата, но позже, во время вторжения Демонов, была украдена предком Аури'Каля. Он снял с себя свои одеяния и кольца, оставшись лишь в простой робе боевого мага, которым он всегда и был. Лишь небольшой плащ, свисая с плеч, стелился по каменной кладке на полу.
Аури'Каль медленно подошёл к книге, затаив дыхание. Его руки трепетно дрожали. Различные символы плыли по страницам, словно живые, перетекая друг в друга. Некоторые из них покидали страницы, вздымаясь над книгой, зависая в воздухе. "Древние знания даруют воистину великую силу" – прошептал маг. Он на мгновение закрыл глаза, застыв с распростёртыми руками над книгой. Энергия хлынула в него огромным потоком, едва не отбросив в стену. Он широко раскрыл глаза, увидев символы, застывшие в воздухе. Они сплетались в узоры, создавая картину.
