Киар нещадно разрубал врагов, скользя между ними, словно быстрый ручей меж камней. Он едва успевал уворачиваться от множества ударов, наносимых ему воинами Марката. Фарка уже сменила несколько колчанов стрел, неумолимо заканчивающихся в самые нужные моменты, когда враг подходил слишком близко. Лишь благодаря своему отцу она жива до сих пор. Мужчина с трудом пробивал броню противников, облачённых в тяжёлые доспехи, усиленные магией.
Туман издавал пугающий зловещий гул. Множество воинов Марката были обращенны в нежить. Таурга с трудом сдерживала множественные атаки Махиоры и Мауры. Казалось, будто победа достанется защитникам этого рубежа.
На горизонте появились войска Ширазы Безумной. Её воины двигались неимоверно быстро, сохраняя абсолютную тишину. Махиора, первая увидев их, пришла в ужас. Целые легионы ужасных созданий, сотворённых безумной Демонесой. Сама же Шираза летела высоко в небе, громко крича. Её вопль прервал сражение, склонив всех к земле. Каждый, даже умертвия, искали укрытие от её безумного крика. Даже туман рассеивался, словно уходя в воду, окружавшую поле битвы.
– Маркат! – воскликнула она, приземлившись – Я, гляжу, пришла вовремя. Ты решил лично покарать предателя?
Её воины напали на существ и умертвий, разрывая их своими кривыми руками. Лишь крики боли и хрипы смерти были слышны повсюду. Гротескные создания Безумной сохраняли молчание, ещё больше пугавшее защитников. "Мы обречены" – подумал Константин, издав громкий рык.
– Ты один из нас! – воскликнула Шираза. – Наша кровь в тебе, чаровник!
Константин ничего не ответил. В его глазах пылал огонь, а весь мир будто налился кровью. В голове звучал громкий безумный голос, твердивший лишь одно: "Убей их всех!". Его тело пылало огнём, причиняя неимоверную боль. Кожа трескалась, обугливаясь на ещё живом юноше. Кости громко хрустели, ломаясь, превращая его в нечто ужасное. Невыносимая боль погружала Константина в небытие, склонив его к земле, заставив истошно кричать и вопить. Он выгорал изнутри, превращаясь в некое ужасное, гротескное подобие Демона.
– Избранный? – с сомнением задала риторический вопрос Махиора.
– Он Демон? – выкрикнул Киар. – Он один из них!
Воины Марката, объединённые с созданиями Ширазы, нещадно убивали поднятых умертвий. Порождения Мёртвой земли умирали один за другим, уничтожаемые Безумной и её многочисленными магами. Ход битвы был переломлен, у защитников шансы на победу таяли на глазах. Туман рассеивался, словно лишённый свои сил.
Константин был едва узнаваем. На голове отсутствовали волосы, а лицо преобрело более хищные черты. Вся кожа была красной, пылая словно огонь. Из спины торчали два крыла с острыми длинными когтями. Издав громкий рык, он с новыми силамии бросился на врагов, разрывая их в клочья.
– Слишком много Демонов, – думала Маура, – туман не способен выдерживать столь много зла.
Махиора взмыла высоко в небо, обрушив на демонических воинов целый шквал всевозможных заклятий. Она тратила последние свои силы, желая лишь одного – убить Демонов. Бывшая Богиня метала бесчисленные сферы и колья огня, разила молниями всевозможных цветов, кидала поднятые ею камни. Сил становилось всё меньше и меньше. Тело покрывалось холодом. В голове всё плыло, словно в вихре. Она рухнула на землю, потеряв сознание, едва дыша.
Феорак и Маркат продолжали свою дуэль, сокрушая друг друга множеством ударов неимоверной силы. Ни один смертный не выдержал бы такой мощи, но они были равны по происхождению. Клинки, выкованные в Аду, едва выдерживали такую ярость в бою. Рыки и лязг оружия оглушали всех поблизости. Маркат постепенно отступал, понимая, что эту битву вряд ли выиграет. Феорак тяжело дыша, продолжал наступать, имея лишь одну цель – отвлечь противника от Избранного и его спутников, в ком он видел спасение мира.
Маура из наступления перешла в оборону. Её сил едва хватало на поддержание магического купола, удерживающего атаки Таурги. Демонеса-полукровка, преисполненная ненавистью и жаждой убийств, создавала всё новые и новые заклятия, читая их на неизвестном всем языке. "Шеер геол!" – кричала она, взмахивая руками. Тысячи сгустков энергии озарили Мёртвую землю. Магический купол, защищавший смертных, напряжённо гудел. Он не мог выдержать столь мощные атаки.
Фарка устало отстреливалась от наступавших воинов. У неё остался последний колчан стрел, неумолимо опустевающий. Дароз же сидел, облокотившись на камень. Из его плеча и ноги вяло текла кровь. Меч небрежно лежал в стороне, обронённый в ожесточённой битве. Вокруг него вылялось множество убитых им врагов, разрубленных пополам. Из икры на левой ноге торчал кинжал. С криком, полным боли, мужчина извлёк его, с чудовищной силой сжимая зубы.
