Но почему-то измазанная краской простота одежды только привлекала внимание к ее живому лицу. К тому, как ее кожа, казалось, светилась в угасающем свете, проникающем через окна кухни. К белому хлопку, натянутому на ее маленьких, идеальных сиськах, и к ногам в этих нелепых леггинсах.
На ее щеке и пальцах была краска, и на одно безумное мгновение ему захотелось, чтобы краска была и на нем. Хотел, чтобы она раскрасила его кожу, просто чтобы почувствовать, каково это. Чтобы вся ее яркая, вибрирующая энергия касалась и его.
Но даже если бы он мог это сделать, сейчас не было времени. И в любом случае он не мог этого допустить.
- Я расскажу тебе позже, - его голос прозвучал жестко и резко даже для его собственных ушей. - Сейчас я должен уйти.
Ее глаза расширились, в них появился настоящий страх.
- А как насчет того парня? Что если здесь появится кто-то еще?
- Он не причинит тебе вреда. Он заперт внизу и не сможет выбраться, - Лукас выдержал ее взгляд. - Поверь мне, я бы не уехал, если бы считал, что тебе угрожает хоть малейшая опасность. Но я нужен брату, и я должен идти.
Она моргнула, потом кивнула, сглотнув.
- Хорошо, но что, если придет кто-нибудь еще?
- Они не придут. Они не знают, что ты здесь. Этот парень был послан в качестве разведчика, и так как он остается там, где я его оставил, твое местоположение не станет им известно.
Она еще раз слегка кивнула, потом глубоко вздохнула, явно пытаясь успокоиться, а когда заговорила снова, ее голос звучал уже спокойнее.
- А если кто-нибудь подойдет к двери?
- Ты их не впускаешь. Даже если это чертов президент, понимаешь?
- Да, я понимаю, - она сделала паузу. - У тебя есть запасной пистолет или что-то такое? На случай, если кто-то войдет?
Господи, она серьезно? Да, очевидно, так оно и было.
Он приподнял бровь.
- Ты умеешь обращаться с оружием?
- Нет, - румянец залил ее щеки. - Но надо целиться и стрелять, верно?
Внезапно перед его мысленным взором возникла Грейс Райли в заляпанной краской футболке и леггинсах, с пистолетом в руке, направленным в лицо какому-то мудаку, и своим длинным пальцем, сжимающая спусковой крючок.
Чертовски сексуально.
Мускул на его челюсти дрогнул, и он отогнал видение. Потому что она не должна быть гсексуальной, но его член определенно был заинтригован этой идеей, и у него не было времени на эту чушь.
- Все не так просто. Если бы у меня было время, я бы показал тебе как им пользоваться, но у меня его нет, так что не волнуйся об этом сейчас. Кроме того, сюда никто не войдет. Я убедился, что это место похоже на Форт Нокс.
Ее руки крепче сжались на груди, но она лишь снова кивнула.
- Хорошо. Я уверена, что в таком случае все будет хорошо.
Она была храброй, и он хотел подойти к ней, взять ее руки в свои, погладить их, заставить расслабиться, успокоить ее, что все будет хорошо, и он даже не знал почему. Потому что когда ее чувства стали важны для него? Когда они стали иметь значение? Грейс Райли была очень одинока. Только несколько друзей и мать, с которой она никогда не разговаривала. Такой энергичной женщине, как Грейс, нужно нечто большее…
Господи, он должен вернуться к делу, а не стоять там, думая о ней.
Не обращая внимания на желание взять ее руки в свои, он просто смотрел на нее, надеясь, что она прочла в его взгляде уверенность.
- Никто не причинит тебе вреда, Грейс. Обещаю.
Она долго смотрела на него, выражение ее глаз было непроницаемым. Затем она отвела взгляд.
- Хорошо, - просто пробормотала она.
По какой-то причине это его не удовлетворило, но каждая секунда, которую он провел здесь, разговаривая с Грейс, была еще одной секундой, когда он не помогал брату, а сейчас это было важнее, поэтому он повернулся, чтобы уйти.
- Лукас.
Он остановился в дверях, но не обернулась.
- Что?
-Не задерживайся.
Глава Десятая
Грейс не могла успокоиться до конца вечера. В подвале заперт мужчина, Лукаса здесь нет, и она чувствует… да, хорошо, она может это признать. Она напугана.
Последние пару дней, с ее картинами и этим проклятым поцелуем, она не обращала внимания на слона в комнате, а именно на то, что ее муж оказывается был преступником, а теперь за ней охотятся очень, очень плохие люди.
И пока она была так поглощена живописью и боролась с влечением к Лукасу, эти люди сосредоточились на том, чтобы выследить ее, и теперь были очень близки к тому, чтобы выяснить, где она находится.
Она не знала, что делать. Она хотела как-то помочь Лукасу, но понятия не имела, как. Не то чтобы она была хорошо обученным человеком военного типа со смертоносными навыками или чем-то в этом роде. Она была всего лишь художницей, умеющей обращаться с кистью, это правда. Но это не поможет, разве что заколоть кого-нибудь ножом.
Вечер клонился к вечеру, и она расхаживала взад и вперед перед большим витражным окном. Думая о Лукасе. Думая о Гриффине.
