Его мать умерла ужасной смертью, и он был причиной тому.
— Что ты делаешь? — пара тонких рук обвилась вокруг его шеи, а мягкие губы коснулись уха.
Грейс определенно проснулась.
Он повернулся и схватил ее, притягивая к себе на колени инстинктивным движением, которое должно было обеспокоить его, но не обеспокоило. Она вздохнула и откинулась на его грудь, ее волосы рассыпались по его плечу и предплечью, легкие и мягкие, как пух чертополоха.
Она покосилась на экран.
— Ты занимаешься делами «морского котика»?
— Ну, я же «морской котик». Так что да.
Ее губы изогнулись.
— А, так слухи верны.
— Какие слухи?
— Что у тебя действительно есть чувство юмора.
Он наклонился и прикусил ее нижнюю губу, не желая показывать, как легко она могла заставить его улыбнуться. Это случилось уже несколько раз только в последние пару часов. Христос. Что она может сделать с ним дальше?
— Это было грубо, — пробормотал он. — Возможно, мне придется научить тебя хорошим манерам.
Она покраснела, но в ее янтарных глазах вспыхнул огонь.
— Я готова к этому. Но сначала скажи мне, чье это поместье. Ты ведь его изучаешь, не так ли?
Он обнял ее. Она была одета в одну из его футболок, темно-синюю, которая доходила ей до бедер, ткань также показывала, что на ней не было лифчика. Он одобрил выбор ее одежды. Возможно, на ней тоже не будет нижнего белья, и если так, то он одобряет и это.
— Это особняк Чезаре Де Сантиса. И то, что я делаю, технически называется разведкой.
— О, мне нравится, когда ты начинаешь вести себя по-военному, — мягкая дразнящая нотка в ее голосе заставила его захотеть скользнуть руками под подол футболки, погладить ее шелковистую кожу, подразнить ее в ответ. — Могу я спросить, зачем ты проводишь разведку?
Не было никаких причин не говорить ей, и, учитывая, что это было частью плана по избавлению от этого засранца Оливейры, она, вероятно, должна была знать.
— Я собираюсь поговорить с ним напрямую. Посмотрим, смогу ли я заставить его отозвать этих ублюдков.
Грейс развернулась в его объятиях, широко раскрыв глаза.
— А как насчет денег, которые им нужны? Тому парню, с которым ты говорил, ты сказал, что тебе нужно два дня, чтобы собрать деньги?
— Отвлекающий маневр, чтобы дать мне время спланировать небольшой личный визит к Де Сантису.
— А, понятно, — в ее глазах промелькнуло беспокойство. — Что ты собираешься делать?
Он изучал ее лицо.
— Я не собираюсь его убивать, если тебя это беспокоит.
Она слегка выдохнула.
— Ну, тогда ладно. Не могу отрицать, что это приходило мне в голову.
— Он штатский, — Лукас заправил прядь волос ей за ухо. Он не винил ее за то, что она считала жизнь Де Сантиса его целью. В конце концов, он решит проблему. — Я не причиняю вреда гражданским. Во всяком случае, не очень многим из них.
Она неуверенно рассмеялась.
— Так что ты собираешься делать?
— Я собираюсь обсудить с ним вопрос о том, чтобы раз и навсегда снять этих торговцев оружием с твоего хвоста. Это его проблема. Я собираюсь убедиться, что он справится с ней.
— О, ладно, — она наморщила лоб. — Полагаю, будет нелегко встретиться с ним, не так ли?
— Нет, не будет. Я сын его врага, и у него уже были проблемы с Вэном. Я спас от него Хлою, и это не очень-то расположит его ко мне.
— Так как же ты собираешься с ним поговорить? — потом она моргнула и снова посмотрела на экран ноутбука. — О. Ты даже не собираешься просить о встрече, не так ли? Ты собираешься вломиться туда.
— Да.
Она полностью повернулась к нему, и на этот раз в ее взгляде промелькнула тревога.
— Звучит опасно.
Он пожал плечами.
— Не совсем. Де Сантис ничего мне не сделает.
— Ты этого не знаешь.
Дерьмо. Она волновалась за него.
Его сердце сжалось так, как не должно было, и он не смог удержаться, чтобы не поднять руки и не обхватить ее лицо ладонями.
— Все в порядке, Грейси. Я знаю, что делаю.
— Но у тебя будет подкрепление? Кто-нибудь еще поможет тебе, если что-то пойдет не так?
— Нет. Я предпочитаю справиться с этим в одиночку, и я справлюсь. Я не могу допустить, чтобы кто-то еще вмешался и все испортил.
Озабоченная складка между ее бровями никуда не исчезла.
— Лукас, это не снайперская миссия. Тебе не обязательно делать это в одиночку. А как же твои братья? Позвони им и скажи, что ты делаешь.
Конечно, он мог так и поступить. Но внимание Де Сантиса уже было приковано к Вэну, любое движение Вэна, сделанное им ради помощи ему, будет замечено, а план Лукаса строился на элементе внезапности. Он не хотел предупреждать Де Сантиса на случай, если этот мудак начнет манипулировать, чтобы защитить себя. А что касается Вульфа. Ну… Это как слон в посудной лавке.
Наклонившись, Лукас поцеловал ее в губы.
— Я справлюсь. Я делал много такого дерьма и раньше и в худших ситуациях.
Она тяжело сглотнула.
— А мы можем… мы можем просто, ну, не знаю, уйти? Уехать? А если остаться здесь достаточно надолго, возможно, им надоест ждать и они оставят меня в покое?
И все же он видел, что даже она сама не верит в то, что говорит.
