Лиззи мило закатывает глаза, и я невольно улыбаюсь на эту привычную реакцию. Да, Мэтт конечно тот еще ловелас. Красив, высок, был весьма популярен до войны, а сейчас тем более. Но при всех его достоинствах, его мозг вряд ли был больше грецкого ореха. В него помещались разве что разговоры о магическом футболе, девушках и жратве. Он редко принимал чужую правду за истину и мог сильно обидеться, если его старались переубедить. Сложный человек, да, но он был нашим другом.
И порой мне кажется, что друзей, как и родственников, не выбирают.
И сейчас, когда в сознании дверь с именем Лиззи открылась настежь, впуская в тело поток сладостной дрожи от одного взгляда на то, как двигаются её нежные губы, как она елозит по стулу, как откидывает со лба непослушный локон, я готов поддержать лучшего друга. Я хочу отправиться в эту поездку.
Путешествие через половину планеты предстояло нелегким и полным опасностей, но это давало возможность мне окончательно определиться со своими чувствами к подруге.
Понять есть ли шанс у той похоти, что стреляет от паха к мозгу и обратно стать настоящим чувством. Плюс я смогу отсрочить их с Мэттом медовый месяц, чтобы и они поняли, подходят ли другу другу.
Эгоизм или благородство, я не знаю, но и менять решение не собираюсь.
Так уж привык, и порой даже Лиззи с трудом может меня переубедить. Вот сейчас ничего не переубедит во мне болезненного желания забрать ее из этой шумной гостиной, целовать до потери пульса. Целовать, пока она не начнет задыхаться и не раскроется передо мной, пока сама не направит мой член в себя.
Ничто не переубедит во мне этого порочного желания, кроме разума что кричит: нужно выждать, нужно понять, а на самом ли деле Лиззи любит тебя, или это просто иллюзия, вызванная последствиями заклинаний в бою.
Поэтому я решаю привлечь внимание, и все привычно обращают свои взгляды на меня.
– Лиз, Мэтт прав. Мы должны проветриться, посмотреть мир, перед тем как предстанем перед твоими родителями. Что-то мне подсказывает, что разговор с ними будет тяжёлый.
Все смотрят на меня недоуменно, особенно Мэтт, выпучивший голубые глаза.
– Мы? – он делает вид, что не понимает и слова. Обычно у него это хорошо получается.– Мы, – подтверждаю, не сводя взгляда с напряженного лица друга. Жаль не обладаю ментальной магией, чтобы на уровне сознания донести до Мэтта, что Лиззи он так просто не получит.
***
Как вы думаете, правильно в этой ситуации поступает Деймон, по сути напрашиваясь в эту поездку?
Спасибо, что читаете! Ваша Малена!
Глава 4
Все начинают в недоумении переглядываться.
– Ты же не думал, что я оставлю своих лучших друзей без поддержки, финансовой в том числе. Путешествие порталами, как я понимаю, удовольствие не из дешёвых. Ещё еда (её не создашь из воздуха) и место для ночлега. Думаю, Лиззи больше не захочется спать в палаточном городке.
Подруга же сидит, не шелохнувшись, и даже откладывает книгу, что в моем понимании означает, что она внимательно слушает и даже запоминает мои слова. Наизусть.
Но сейчас вид её несколько смущённый, (такой Арр, сексуальный: эти глаза, прикушенная губка)
Я снова корю свою недальновидность, что не овладел даже поверхностной ментальной магией.
О чём она думает? Почему так смотрит, стискивает бедра, почти незаметно заламывает руки.
– Деймон, но у меня есть деньги, и я бы не хотела затруднять тебя, – наконец произносит Лиззи и от ее голоса, такого мелодичного в паху, пульсирует сильнее.
– Да, друг. Тебе нужно отдохнуть, – напоминает Мэтт, с непривычным для него энтузиазмом, поддакивая подруге, которую почти все годы ни во что не ставил, но я молчу.
Хм… Сейчас даже стало интересно, а откуда в нем появились к ней чувства. Да еще так внезапно.
Я также замечаю, как миссис Кроули недовольно поджимает губы, после слов сына. Кажется, о ростках чувств, что пробились во мне сквозь плотный слой мозга, догадываюсь не только я.
Остальные же Кроули смотрят на всё происходящее с долей иронии, словно находятся в театре и наблюдают за актёрами.
Мэтт даже розовеет, на лбу бьется жилка от недовольства. Он даже дышит чаще. Он прекрасно знает про упрямство победителя Маркуса и кажется понимает, что пока я рядом он не сумеет урвать сладкую вишенку Лиззи. Понимаю его неприятие, но здесь уже ничего не поделать.
– Вот и отдохну с лучшими друзьями, тем более что Мэтт не будет брать у тебя денег. Правда Мэтт? – интересуюсь я и поднимаю брови в ожидании ответа, не обращая внимания на резкое понижение температуры в комнате.
– Ну… – на этот раз Мэтт мнется. Разговоры о деньгах никогда его не радовали. Семья из шести человек никогда не баловалась излишествами. – Я думал, ты займёшь мне, пока нам геройские выплаты не назначили. Ну или Джошуа.
Черт, а про брата, что был владельцем антикварного магазина, да и вообще скользким человеком я и забыл. А он тут, сидит тихонько – очередную гравюру рассматривает.
Джошуа фыркает, поднимая свои сальные глазки, но, поймав грозный взгляд матери, спокойно объясняет свою позицию.
