КейрДочь губернатора попала в неприятности.Если я защищу ее, ее отец будет мне очень обязан.Но лучший способ уберечь ее — жениться на ней.Сделать ее одной из наших.Загвоздка? У нее есть парень, с которым она не готова расстаться.Хорошо, что для такого парня, как я, нежелающая меня невеста — не проблема.РоуэнКак получилось, что годы соблюдения правил так быстро закончились?Я сделала все возможное, чтобы мои родители были довольны мной во всех отношениях.Но когда в нашем доме появился ирландский гангстер с татуировками ростом в шесть футов, вся моя жизнь стала рушиться.Теперь, проснувшись с вытатуированным на пальце кольцом, я начинаю бояться, что пути назад уже нет.
Перевод и оформление выполнено группой stp_books (#+m08DPkMMvntiOWYy)
1
На людей не охотились как на добычу уже тысячи лет, но что-то в нашей ДНК все еще помнило эту охоту. Инстинктивное чувство выживания. Даже когда сознание не распознавало опасность, чувства подсказывали.
Например, колючее чувство тревоги, которое пробежало по моей шее после того, как я позволила себе войти в дом родителей. Там должно было быть пусто. Мама и папа еще не вернулись домой. Свет был выключен. В доме было тихо, только тихое гудение электроприборов наполняло наполненную солнцем тишину.
Я уже начала рыться в холодильнике, когда почувствовала это — жгучее осознание, греющее мою спину.
Кто-то был позади меня. Наблюдал.
В голове мгновенно промелькнула тысяча мыслей. Мама и папа скорее сказали бы что-нибудь, чем стали бы прятаться в тени, так что это были не они. Папина охрана? Будучи губернатором Нью-Йорка, он всегда имел поблизости телохранителя. Мог ли он вернуться в дом за чем-то?
И вместо этого решил наблюдать за тобой?
Вряд ли. Я знала большую часть сотрудников, с которыми он работал, и все они были хорошими парнями. Кто же тогда останется? Сигнализация была все еще включена, когда я вошла. Либо у человека был код, либо он каким-то образом проник внутрь, не отключив сигнализацию. Так кто же это был? Есть только один способ выяснить это.
Мой пульс участился еще больше.
Я схватила пакет молока и закрыла холодильник, не оборачиваясь, отошла в сторону и потянулась к шкафчику наверху за стаканом. Одновременно я просунула другую руку в ящик стола в районе талии, где хранились ножи для стейков, и положила один из них на прилавок. Только после этого я обернулась.
Как органы чувств узнали об этом? Они не ошиблись. Я не могла не поразиться их развитости, хотя мои мысли должны были быть направлены не туда. Незнакомый мужчина, прислонившийся к дверному косяку в другом конце комнаты, был самым что ни на есть пугающим. Его мускулистая фигура была больше моей, а татуировки проглядывали над воротником его облегающей рубашки. Но дело было не только в этом — его тело излучало дикое спокойствие, как будто весь мир должен был лежать у его ног, потому что если этого не произойдет, он сожжет все к чертовой матери.
Я должна была ужаснуться. Именно так отреагировала бы нормальная женщина, столкнувшись с таким безупречным хищником. Но я не была нормальной. Я боялась только одного в жизни, и этот мужчина не был им.
— Ты заблудился? — Спросила я ровным голосом.
Адреналин хлынул в мою кровь — чисто физиологическая реакция, с которой ничего нельзя было поделать. Страх был совсем другим монстром. Настоящий страх — это зыбучий песок, похожий на смолу, который душит человека изнутри. Я знакома со страхом, и это был не он.
Мужчина слегка наклонил голову. Может быть, всего на один градус, но я заметила, и могу поклясться, что это означало любопытство. Он находил меня забавной.
А мне его любопытство показалось неуместным.
— Не потерялся, просто жду, — в конце концов ответил он.
Его голос был грубым и одновременно мягким, как урчание голодной кошки в джунглях.
— Моего отца?
— Да.
— Люди обычно договариваются о встрече. Как правило, это лучше, чем проникновение в дом.
— Люди обычно пугаются, когда встречают незнакомого человека в своем доме.
Он подошел ближе.
— Не в моем доме.
Я оперлась локтями на столешницу позади себя, приблизив руки к спрятанному ножу настолько, насколько это было возможно без раскрытия оружия.
— Вернее, в доме твоих родителей.
Когда он оказался ближе, я увидела насыщенный бирюзовый оттенок его глаз. Он был красив для преступника — четко очерченная линия челюсти, густые волосы песочного цвета и редкая симметрия лица, которой позавидовал бы Голливуд. Он должен был понимать, что с его внешностью взлом и проникновение бессмысленны. Он, вероятно, мог бы обаянием проложить себе путь в Белый дом. Почему он решил встретиться с моим отцом таким образом?
— Как тебя зовут?
Мое любопытство взяло верх.
Его губы дернулись в уголках.
— Кейр.
Я не назвала своего имени, а он не спросил. У меня сложилось впечатление, что он уже знает.
— Если ты здесь из-за моего отца, значит, тебе что-то от него нужно. Ты должен знать, что это не принесет тебе пользы. А если ты здесь, чтобы навредить ему, то ты должна знать, что с ним всегда есть охрана.
— Я здесь только для того, чтобы поговорить.
— О чем?
— О делах.
Многословный человек, как видно.
Он дошел до большого острова с мраморной столешницей всего в дюжине футов от меня. Моя челюсть сжалась. Что-то в этом человеке возбуждало мое любопытство, и я чувствовала, что интрига была взаимной. Однако вытягивание информации раздражало меня. Почему бы ему просто не сказать мне, в чем дело? Мой отец не был скрытным типом, и его нельзя было купить, так что же такого хотел обсудить этот Кейр, что оправдывало бы этот трюк с проникновением?
— Почему ты не боишься? — Спросил он ровным, нарочитым тоном.
Сделав один шаг, затем другой, он начал огибать остров.
