— Обещаю, — Саша оставил незримую дорожку ласковых прикосновений от её губ, по щеке и шее, до максимальной глубины ворота рубашки и, отстранившись, лёг рядом, прижимая девушку к себе. — А сейчас, тебе нужно спать, — прошептал он. — Я видел который сейчас час и так понимаю, что ты ещё не ложилась.
Ева отрицательно покачала головой, прикусив губу в ожидании, что сейчас ей влетит, но покровитель не стал ругаться, только притянул её голову к своей груди и замер так, сжимая стройное тело в нежных объятьях.
— Я люблю тебя, — послышался его тихий шёпот через несколько минут и губы легко и нежно коснулись волос на её макушке, но девушка уже не слышала. Не смотря на только что очевидную бодрость, долгожданный сон овладел ей моментально, она невыносимо устала после насыщенного дня.
Саша улыбнулся, чуть крепче прижимая её к себе, понимая, что сам он ещё долго не сможет уснуть и всё, что остаётся — лежать и слушать тихое мерное дыхание, ощущать стук родного сердца, наслаждаться теплом хрупкого тела. В эту ночь Еве не снились кошмары, она спала, как младенец под защитой заботливых рук и слёзы очищения больше не были нужны перерождающейся душе.
Утро для заспанной девушки началось в полдень. Блаженный сон как-то сам вдруг отхлынул и растворился, солнечная реальность донесла до слуха тихое шуршание и шипение. Блондинка приоткрыла глаза, Саши рядом не было, судя по звукам, идущим с кухни, он явно что-то готовил.
— Доброе утро, соня, — одарил он подругу ласковой улыбкой, когда та, укутавшись в одеяло, появилась в дверном проёме. — Скорее умывайся, позавтракаем и поедем в аэропорт. Я забронировал нам два билета на завтрашнее утро, но их нужно обязательно выкупить сегодня.
— Уже на утро? — удивилась она, понимая, что от этой мысли невольно начинают дрожать колени.
— Да, я же говорил, ажиотаж сейчас страшный. А так мы успеем встретить новый год дома, да и родители тебя очень ждут. Ты так и не поговорила с ними ни разу с тех пор, как мы здесь. Они волнуются.
— Я уже объясняла, — Ева недовольно скривила губы и уселась на стул, — не смогу я по телефону. Приедем, тогда и поговорю.
— Ладно, ладно, я обещал не настаивать и не буду, — парень перевернул шипящие на сковородке гренки. — Но, в любом случае, другого шанса улететь до нового года может и не выпасть.
— А я бы ещё здесь побыла, — вздохнула девушка, опуская глаза. — Можно же и после нового года улететь.
Саша удивленно нахмурился, но отрешенное лицо собеседницы говорило само за себя — ей было страшно возвращаться домой.
— Не волнуйся, — мужчина присел перед ней, положив руки на её плотно сжатые колени, — всё будет хорошо, нас там все ждут и скучают. Ты ведь так давно не видела родных. А Карина? Знаешь, как она меня трясла, чтобы я тебя вернул, даже угрожала! — он шутливо усмехнулся. — Представляешь, как она будет рада снова видеть свою лучшую подругу?
Ева задумчиво улыбнулась, опустила свою ладошку на тёплые пальцы друга.
— Как она будет рада узнать, что мы с тобой вместе, — прошептала девушка. — Она так ждала этого дня.
— Да? — он неподдельно удивился.
— Она считала, что мы идеально подходим друг другу, — зелёные глаза совсем оживились, на губах появилась лёгкая радостная улыбка. — Да, я и вправду очень скучаю по дому.
— Вот видишь. Вдобавок, после нового года билетов нет ещё дней на двадцать, а у тебя истекает срок действия паспорта. Так что после дня рождения тебя могут только депортировать, — он снова усмехнулся и, резко вспомнив о гренках, вскочил с места, кидаясь к плите.
— Отдадим их птичкам? — невинно спросила блондинка, выглядывая из-за широких мужских плеч и осматривая почерневшие кусочки хлеба. — У нас есть пирожные.
— Ты будешь есть кашу, — без доли раздражения бросил горе-кулинар, — а потом уже поговорим о сладостях.
— Лааадно, — она по-детски надула щёки и поплелась наконец переодеваться и умываться.
В аэропорту было людно и шумно. После долгого пребывания в тихой квартире наедине со своим покровителем, Еве показалось, что наступает конец света и люди со всего округа приехали сюда, чтобы улететь на какой-то таинственный безопасный остров, где места хватит всем, но выжить будет чертовски сложно — столько вокруг сновало народу с огромными чемоданами, сумками и походными рюкзаками. Сколько вещей! Зачем?! Девушка в задумчивости осматривала свою одежду, стоя в стороне от основного потока людей, пока Саша выяснял, где находятся кассы для выкупа забронированных билетов, по сути, кроме того, что на ней было одето и единственной тетради, у неё и вещей-то не было. Хоть сейчас в самолёт, тем более что и книга всегда с собой.
— Они закрыты! — послышался возмущенный голос друга из-за спины. Он подошёл ближе. — В такие дни, когда народ валит, закрыта большая часть касс. Придётся стоять в длиннющей очереди, чтобы выкупить билеты. Ты со мной?
Блондинка помотала головой.
— Так не хочу в эту толпу. Можно я здесь побуду?