– Не стоит беспокоиться. Я тоже дернулся. Такова Луна, инспектор. Часами – скука смертная, а потом несколько секунд ужаса. Просто не забывайте, что здесь надо двигаться аккуратнее, даже когда испугался. Низкая гравитация усиливает амплитуду всех движений.
Стэндэрд оперся шлемом о подголовник и рассмеялся. Странный смех, высокий и застенчивый. Смех сборщика налогов.
– Точно. Что ж, постараюсь вспомнить это, когда в следующий раз увижу летящий над головой горящий железный шар.
– Как я уже сказал, не стоит беспокоиться.
– Благодарю.
Стэндэрд уселся поудобнее и снова взялся за поручень.
– Мы продолжим наш спор, чтобы отвлечься, и это помогло избавиться от тошноты?
– Хорошая мысль, поскольку вам явно не понравится провести следующие полчаса с собственной рвотой внутри скафандра. Мне кажется, что вы хотели объяснить, как мы сможем поддерживать выработку, когда китайцы начнут по нам стрелять.
Стэндэрд с трудом сдержался, чтобы не хрюкнуть от смеха.
– Я собирался объяснить, коммандер, что дипломатия – дорога с двусторонним движением. Не думаю, что вам известно, насколько скверными стали отношения между нашими странами.
Стэндэрд умолк – видимо, раздумывая, насколько много он может рассказать об этом Дэкерту.
– Новости в потоковых каналах не дают представления обо всем масштабе кризиса. Ваш горняк – не единственный погибший в последние дни.
– В смысле на Луне или на Земле?
– На Земле.
Стэндэрд заговорил тише, так, будто кто-то мог их подслушать, здесь, на безжизненной поверхности лунного моря.
– У меня нет разрешения вам это рассказывать, да и, возможно, этого не стоило бы делать, но я понимаю, что вы хотите знать ситуацию, после того что случилось с вашим человеком в кратере Посейдон.
– Я оценил.
– О’кей, ладно. Скажу то, что могу сказать.
Он натурально перешел на шепот, как будто кто-то мог наставить на них направленный микрофон. Дэкерт просто молчал. Именно этого он и дожидался.
– Американская атомная подводная лодка столкнулась с китайским ракетоносцем в Южно-Китайском море южнее Макао три недели назад. В китайских территориальных водах. Невероятно, учитывая совершенство наших систем обнаружения. Шла в режиме скрытности, на биоприводе, и наш капитан то ли повел себя слишком агрессивно, то ли просто слишком близко подошел. Китайская лодка дала полный назад и повернула на правый борт – видимо, чтобы проверить мертвую зону сонара на предмет того, не сидит ли кто-то у нее на хвосте. Наша лодка врезалась ей в корму. Погибли шестнадцать китайских моряков, коммандер, и китайцы едва лодку не потеряли. Среагировали весьма негативно.
– Надо думать.
– Да уж. И все это случилось в тот самый момент, когда наши юристы в Гааге бодались насчет интерпретаций Договора Альтшулера и устава МКА в части прав на добычу в центральных морях Луны и отчетов о добыче, не говоря уже о некоторых экономических спорах в Тихоокеанском регионе. Через пару дней после этого происшествия китайский посол известил нас, что они откроют огонь по любому кораблю или иному аппарату, принадлежащему США, если тот появится в пределах двухсоткилометровой зоны от их территорий – как на Земле, так и на Луне. После чего он покинул Вашингтон вместе со всеми остальными посольскими работниками.
Дэкерт ударил по тормозам. В шее бился пульс. Он изо всех сил сдерживал гнев. Повернулся к Стэндэрду, вцепившись руками в рулевую колонку:
– Какого черта никто мне об этом не сказал?
– Потому что проблем не должно было возникнуть. Мы не ведем операций по добыче настолько близко к Морю Дождей. Когда произошел взрыв, ваш транспортер находился на восточной стороне Моря Ясности, коммандер, в семистах километрах от границы зоны добычи, заявленной китайцами. У нас не было никаких причин думать, что вы подвергаетесь опасности.
Дэкерт с трудом удержался, чтобы не вознести к лунным небесам поток богохульств, а затем схватить Стэндэрда за плечо и бить его стеклом шлема о поручень, пока оно не треснет и его бюрократические легкие не лопнут, оказавшись под воздействием вакуума.
– У вас
Его тело будто излучало гнев во все стороны. Стэндэрд сидел рядом, неподвижно. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Дэкерт снова включил передачу и повел ровер вперед.
– Поверить не могу, – сказал он в пустоту.
