— Нет. Их называют мучениками. Это люди, не смирившиеся со своей смертью, либо проклятые Избранными. Поэтому они продолжают жить сначала как просто ходячие мёртвые туши, а потом, когда плоть догнивает, они становятся скелетами, испытывающими вечные страдания. Они пытаются убить заблудших путников, сорвать с них плоть и нацепить на себя. Так мученики на время избавляют себя от страданий. Существуют они везде, не только в Гаарве.
Тревор удивленно кивнул. Затем, его внимание привлекли фиолетовые и голубые вспышки вдалеке. Приглядевшись, он увидел юношу, сражающегося посреди равнины с живыми сгустками слизи.
— Там! — он указал пальцем на того юношу. — Идём поможем!
Ликкина и Ринн рванули за другом.
Тревор материализовал двуручный меч в руках, и напал на слизней. Ликкина и Ринн подключились к бою:
— «Твоя иллюзия»! — возгласила Ликкина, рассеявшись в воздухе и появившись прямо посреди слаймов, обдавая их энергией Аэро.
— «Все под контролем»! — Ринн взлетела в воздух, исполняя трюк.
Девушки исполнили трюки, и уставились на Тревора.
— Э, ну. «Ещё не придумал»! — клеймор покрылся энергией Игнис, и парень завёл оружие за спину, а затем с большой мощью обдал слизней огнём.
Слизни, состоящие из энергии Гелу, отлетели на большое расстояние и растаяли, растекаясь по земле.
— Вот видишь, когда называешь название приёма, он становится ещё сильнее. Главное придумать постоянное название и закрепить за ним атаку. — сказала Ринн.
— Я бы и сам справился. — послышался грубоватый и слегка хриплый юношеский голос.
Тревал попытался прочитать его, но ничего не вышло. Он не видел его титула и краткой информации. Скорее всего на юноше стоит какой-то магический блог
— Ты в порядке? Тебя не поранили? — спросила Ликкина.
— Отойди от меня! Я не маленький! — крикнул юноша.
Он развернулся, и Тревор увидел фиолетовый символ молнии у него на левой стороне шеи, как у Моники и Элайзы. Он тоже был Шифу. Юноша выглядел как молодой человек, но всё-таки подростковые черты в нём преобладали.
— Неужели Шифу так много в этом мире? — спросил Тревал.
— Нет, их довольно мало — один Шифу на примерно три сотни обычных людей. Просто в Ангодии Шифу чаще берут на высокие должности. — ответила Ринн.
— Юноша, как вас зовут? — поинтересовалась Ринн у незнакомца.
Парень подождал, и нехотя ответил:
— Матобэи. Матобэи Сотуруцуки.
«Матобэи?»
Юноша выглядит очень экзотично: выбритые виски с кудрями на голове, темнее ночи, бледная кожа, создающая впечатление, что в нём совсем не течёт кровь. Обычно он носил фиолетово-чёрный ханьфу, рукава которого были чуть уже, чем у традиционной версии. На левом боку шеи видна печать электро, дающая парню контроль над элементом. Его глаза не менее тёмные, чем волосы, даже наоборот — чернее чёрного. Нос узкий, а на правой половине лица от уха до щеки находится большой шрам. Всё лицо в целом выглядело немного по-детски. Но это не являлось недостатком, ведь юноше и так было всего 16 лет, и видимый возраст не уступал биологическому, просто он не опережал его.
— Вы двигаетесь в сторону Сэмитарио, не так ли? — спросил Матобэи.
Компания утвердительно кивнула, и юноша, подзывая их жестом, повёл за собой.
— Откуда ты знаешь эту местность? Ты откуда родом, мальчик? — спросила Ликкина.
Матобэи сглотнул, и также нехотя ответил:
— Я из Икидомари, но предпочитаю путешествовать по миру.
В его голосе не было ни капли энтузиазма. Складывалось ощущение, что он либо не спал несколько дней, либо в этом мире не осталось ничего интересного ему.
Далее последовало ещё несколько вопросов от Ликкины, которые Матобэи проигнорировал. Юноша не хотел рассказывать о себе, но у группы получилось завязать с ним разговор о Лабереде:
— Игнис Линдзю народ не видел уже не протяжении десятилетия. Она закрылась в имении семьи Рамирез — откуда она родом, и не высовывает оттуда нос долго время. Её заменяет её фамильяр — лорд Валраморс. Фамильяр Избранной, и пока что сильнейший представитель краплёных владык. По совместительству Игнис Шифу.
По лицам Тревора и Ринн поползла неконтролируемая улыбка.
— Слушайте, — начал Матобэи, — давайте каждый расскажет немного о себе. Как я понял, вы знакомы недавно. Может спросите друг друга о прошлом, например?
Тревор осознал, что он не знает о прошлом Ринн абсолютно ничего. Даже про Ликкину у него было больше информации.
— Мне про себя говорить нечего, я уже рассказал, что ничего не помню.
— Тогда, — начала Ликкина, — давайте начнём с меня. Моё полное имя — Ликкина Хенгик. Не особо люблю говорить о своём прошлом, но раз уж делать больше нечего, то давайте.
Путники всё также внимательно следили за дорогой, и слушали рассказ подруги.
— Меня воспитывают приёмные родители, своих я потеряла ещё в десятилетнем возрасте. Тогда я бродила по улицам Ангодии в поиска жилья. До меня никому не было дела, я просто скиталась по городу, пока меня не выгнали и оттуда.
Тревор с искренним сочувствием посмотрел на Ликкину. «Почему в этом мире кому-то везёт больше, а кому-то меньше?».
