- Как вы, однако, невовремя, - посетовала Изабелла. - У меня не закончены два срочных заказа: одеяло для новорождённого и сумочка для новобрачной.
- Вот они, главные вехи человеческой жизни: рождение, свадьба и я, - покивал гость. - Увы, я всегда прихожу вовремя и всегда - внезапно. Вы назвали бы это профессиональной деформацией.
- Что ж я держу вас на пороге? Проходите, не стесняйтесь, - Изабелла посторонилась и впустила в дом Смерть.
Хозяйка хотела было принять у гостя косу, как принимают шляпу или зонт, но он покачал черепом и сам аккуратно прислонил орудие к стене. Изабелла провела его на веранду и усадила в плетёное кресло из лозы. Сдвинула выкройку и корзинку с лоскутками на край стола, чтобы было куда поставить блюдце с нектаринами.
- Угощайтесь, сегодня утром на дереве висели, - она сделала приглашающий жест.
- Благодарю, - Смерть взял самый спелый плод и неуверенно повертел его в руке - не то чтобы костлявой, но тонкой и неправдоподобно длиннопалой.
- Так вы ко мне по делу или просто в гости? - как можно небрежнее поинтересовалась Изабелла, устроившись по-птичьи на перилах веранды.
- По служебной надобности, - Смерть с видимым сожалением отложил нектарин и достал из-за пазухи какой-то чёрный свёрток. - Взгляните, прошу вас.
- Что это? - девушка зябко обхватила себя руками за плечи.
- Не бойтесь, он не кусается. Только не упадите оттуда, пожалуйста: в мои планы это никак не входит.
- В мои - тем более, - буркнула Изабелла. - Будьте добры, не заслоняйте мне свет.
Она осторожно взяла и расправила на весу нечто длинное и широкое, из тонкой и лёгкой материи, тень от которой начисто скрыла пол, словно вместо надёжных сосновых досок под ногами была бездонная пропасть. Лучи закатного солнца, достигнув чёрного занавеса, захлёбывались и гасли. Все, кроме одного - испуганного розового зайчика, который вздрагивал посреди бездны от малейшего движения нервных пальцев.
- Никогда не видела такой тонкой работы, - призналась Изабелла. - Я не могу найти здесь ни одного шва. Что это за ткань? Прохладная и гладкая, как атлас, но совершенно без блеска.
- Мрак небытия, - сказал Смерть польщённо. - Мой любимый плащ от Чжи-нюй, сейчас таких уже не делают. Принимает любую форму, поглощает любой свет. Двадцать шесть веков ему сносу не было, вчера зацепился за цыганский гвоздь - и вот... видите, в чём приходится ходить. Как вы считаете, его можно починить?
Изабелла расстелила плащ у себя на коленях, стараясь не думать о том, навсегда ли их сокрыла тьма.
- К счастью, края совсем не осыпались, - сказала она. - Здесь можно поставить аккуратную заплатку, вот только из чего бы её соорудить? Все остатки тканей, какие у меня есть, недостаточно чёрные и хоть отчасти пропускают свет. Разве что джинсовая нашивка с Весёлым Роджером для пиратской треуголки, но она не подходит по фактуре.
- Пожалуй, не стоит, - согласился Смерть, деликатно откусывая от нектарина миндальными зубами. - Слишком театрально. Мадам, в вашем доме найдётся угол, куда годами не заглядывало солнце?
- Если электрический свет не считается, то да. Идёмте.
Они спустились в погреб с одним фонариком на двоих, дошли до дальней стены, где стояли три дубовых бочки: две - с домашним вином и одна - совершенно пустая. Смерть открыл кран пустой бочки и подставил под него худые ладони, сложив их пригоршней.
- Погасите фонарик, пожалуйста. Вот, держите, думаю, оттенок тот же, - сказал он и сунул в руку Изабеллы мягкий невесомый лоскуток.
Когда они вернулись на веранду, одеяние Смерти, сотканное из чистого мрака, всё так же лежало на столе, а поверх него вальяжно растеклась сиамская кошка. Она с упоением вылизывалась, не обращая внимания на то, что её лапы и хвост пропадают из виду, стоит ей погрузить их в какую-нибудь складку.
- Баста, брысь! - шикнула хозяйка. - Что ты наделала, он же будет весь в шерстинках!
- Ничего страшного, - заверил её Смерть. - Мрак небытия поглотит их, как поглощает всё отжившее.
Изабелла согнала кошку с плаща и расправила его по столу. Достала из кармана лоскуток тени, подравняла маленькими ножницами его края, приложила к прорехе с изнанки и осторожно, нежно пришила крупными стежками, алой хлопковой ниткой.
- Вы уверены, что так будет достаточно прочно? - засомневался Смерть, на минуту оторвавшись от нектаринов.
- Не волнуйтесь, это только намётка, - успокоила его Изабелла. - Побудьте здесь, я скоро вернусь - если у вас есть время, конечно.
- Время бесконечно, - возразил гость. - По крайней мере, для меня.
Держа мантию на вытянутых руках, портниха влетела в мастерскую и приземлилась за "Минерву".
- Не подведи, Афина Паллада, - скороговоркой прошептала она, вытаскивая челнок.