Михаил УСПЕНСКИЙ
ПОРТРЕТ
В одном учреждении работал молодой специалист. Это было конструкторское бюро. А он молодой конструктор. Он стоял у кульмана и конструировал. Остальные учили его, как надо конструировать. И вот как-то к ним прямо в бюро пришел настоящий художник и сказал, что он художник и хочет нарисовать портрет молодого современника. Все показали пальцами на молодого специалиста, фамилия которого оказалась Калюгин. Через некоторое время стал появляться на холсте и портрет Калюгина. Как следует были нарисованы только фигура и лицо, а все остальное так себе, едва намечено. А потом художник подошел к Калюгину и предложил купить портрет за триста рублей. Калюгин ответил, что за триста рублей можно всю Третьяковку купить. Лучше он поставит художнику пузырь. Художник обиделся на пузырь и ушел, бросив портрет. Портрет долго стоял в бюро, вызывая насмешки конструкторов. Выбросить его было жалко - триста рублей все же, пусть бы художник нарисовал все как надо, а потом и наколоть его, сказать про пузырь.
На следующее утро Калюгин почему-то проспал на работу. А когда явился, получил выволочку, чего с ним никогда не случалось. Огорченный выволочкой, после работы он решил маленько выпить, но и маленько оказалось для него много: без привычки уснул посреди дороги, где его чуть не раздавила спецмашина. Но она его не только не раздавила, а даже подобрала и увезла. На работе за это заругались еще сильнее и послали Калюгина убирать картофель. В сельской местности с Калюгиным стали происходить небывалые вещи: он отлынивал от работы, крал и менял на водку картофель, то и дело дрался на танцах с механизаторами. За эти художества начальство перевело его на три месяца в грузчики.
Надо сказать, что, вернувшись в город, Калюгин заметил: в портрете кое-что изменилось. На кульмане появился чертеж механизма, над которым Калюгин упорно трудился до сельхоз-работ. Мало того, на чертеже было и, техническое решение одной проблемы, над которой бился весь институт. Мстя начальству, Калюгин промолчал и продолжал таскать тяжести. Он сдружился с грузчиками и перенял у них самые скверные привычки - например, выпивать с утра. Костюм у Калюгина пообтерхался, обремкался. А на портрете у него наоборот - появился новый костюм из дорогой ткани. У девушки Капитолины, с которой Калюгин общался уже три года, чувство любви и дружбы к нему сперва притупилось, а потом и вовсе угасло. У портрета же на правой руке появилось крупное обручальное кольцо. Такое продать - месяц можно пить.
На работе Калюгину предложили постоянно оставаться грузчиком - так оно лучше будет. Калюгин и сам решил, что лучше, - не будет голова ни за что болеть. Но голова болеть продолжала - требовала опохмела. Опохмелившись, Калюгин садился на пол, где раньше у него стоял диван, и любовался портретом. Да и было чем полюбоваться: на портрете Калюгин стоял среди кабинета с полированным столом и двумя телефонами. Потом настоящий Калюгин вставал и шел таскать тяжести, которые становились все тяжелее и тяжелее.
Друзьям по погрузке и выпивке он рассказал, что совсем недавно был инженером, очень известным, и с него писал портрет знаменитый художник. Друзья не поверили, пришлось вести их домой. А на портрете изменилось очень многое: тот Калюгин находился уже не в кабинете, а в дощатом бараке, одет был в брезентовую робу и обут в болотные сапоги. За окном барака стояла непролазная тайга. Собутыльники стали смеяться, говорить, что никакой Калюгин не инженер, что он тянул срок, как все добрые люди. Когда гости ушли, Калюгин обиделся на портрет и поворотил его лицом к стене. Обиделся он крепко и не видел портрета несколько лет. Но вот однажды, принеся домой коробку дешевого лекарства на спирту, Калюгин затосковал и развернул картину. Нарисованный Калюгин стоял с чертежами в руках возле палатки, вокруг лежала пустыня, а на груди Калюгина была Золотая звезда Героя Социалистического Труда. Настоящий Калюгин заскрежетал зубами, но портрета портить не стал: вдруг да придется когданибудь продать за триста рублей.
Так и шли дни. Если были деньги, Калюгин устраивал гулянку с друзьями и ставил портрет на почетное место. Он рассказывал друзьям о своей прошлой работе, о великих стройках и высоких должностях. Теперь друзья ему верили, потому что и сами любили рассказывать, что были некогда летчиками-испытателями, капитанами дальнего плавания или крупными учеными. Самым главным доказательством был, конечно, портрет: не станет же такой знаменитый художник рисовать ханыгу Калюгина просто так.
А портрет жил своей жизнью - менялись пейзажи строек, появлялись новые ордена. Калюгин терпел. Потом портрет стал надолго изображать его в кабинете с мебелью темного дерева. Один только раз и порадовался Калюгин, когда на столе у его двойника появилась фотография Капитолины в траурной рамке. От радости Калюгин, как обычно, напился.
