Милан Новак пребывал в ужасном настроении. Проснуться от звонка телефона в два часа ночи и отправиться неизвестно куда по делу, которое сулило только неприятности. Хотя, если бы не вчерашние посиделки с “Приматором”, то выезд из рутины кабинета, от скучных дел, практически на целый день, был бы неплохим вариантом. Событие неординарное, громкое. Бандитские разборки в тихой Чехии происходили чрезвычайно редко и оказывались, как правило результатом выяснения отношений приезжих. Погода была мягкая, движение на шоссе — умеренным, туристических автобусов, которые летом заполняли дорогу в обоих направлениях тоже пока не было. Ехать было приятно и настроение потихоньку стало улучшаться. На дороге уже почти рассвело, когда комиссар криминальной полиции чешской республики прибыл, наконец, к месту событий, где его ожидал аншлаг. Машины выстроились на обочине сплошным караваном. Муниципальная районная полиция, транспортная полиция, медики — спасатели. Прямо на дороге стояло несколько машин и там же несколько полицейских создали нечто вроде оцепления. Прямо в этот момент одна из машин скорой помощи сорвалась с места и включив сирену, отъехала в сторону Теплице.
Судя по всему, сюда прибыл и сам Устенецкий Старший комиссар и куча народу из всех подразделений. Завидев Милана, они расступились и перед ним предстала причина всеобщего возбуждения. На дороге вповалку лежали семь трупов. Семь! Да, происшествие эпического масштаба. Между погибшими, а по другому их назвать было невозможно, на земле лежало выпавшее из рук оружие, автоматы АК и пистолеты.
Милан поздоровался с коллегами и здешний начальник, Хартвиг сразу отвел его в сторону.
— Милан, как только я узнал о случившемся, то сразу позвонил в Прагу и попросил прислать кого-то оттуда. Вы понимаете, у нас нет опыта работы с подобными происшествиями.
— А что произошло?
— Водитель который утром ехал из Устки в Шварцберг обнаружил стоящие на дороге машины и трупы людей. Он сейчас же вызвал полицию.
— Я видел что машина скорой помощи отъехала.
— Да, один человек выжил. Видимо водитель той машины. — И комиссар взмахнул рукой указывая на машины которые стояли чуть дальше.
— Он лежал с той стороны дороги. Ранен из автомата. Был вооружен, но судя по всему успел выстрелить один или два раза
— Но не это главное.
— Что же?
Хартвиг вынул пачку сигарет и закурил. Минуту он раздумывал, рассматривая дорогу, потом наконец решился.
— Милан, посмотрите на убитых. Это была казнь. Они стояли на дороге, не укрываясь. А в них стреляли. И у каждого по одному ранению, здесь. — И он постучал по левой стороне груди.
— Вы понимаете, кто-то начал стрелять и они не убегали, не укрывались. Даже шага никто не сделал. Стояли и ждали.
Он сделал неопределенный жест рукой с сигаретой и передернул плечами.
— Что-то в этом ненормальное.
— Убитые чехи?
— Нет, все немцы. Приезжие. У всех документы при себе. Но это только начало, Милан. Только начало.
Старший комиссар затянулся и выпустил дым с таким задумчивым видом, что можно было подумать, что он на скамеечке в парке, а не на месте страшного преступления.
— Видишь реанимобиль? Час назад в лесу нашли еще людей. Вот там, в кустах. Служебная собака от того “джагги” сразу привела к ним.
— Еще погибшие? Раненые?
Хартвиг некоторое время рассматривал Милана, как будто пытался подобрать слова. И какое бы не выбирал, оно не нравилось ему.
— Живые, Новак, живые. Лежали под кустом, все перемазанные кровью и спали.
— Спали? Может они там прятались, я должен осмотреть это место и поговорить с ними!
Комиссар скривился как от зубной боли, загасил сигарету и засунул ее обратно в пачку.
— Идемте, Милан. Ни поговорить, ни допросить их нельзя, они без сознания. Врачи говорят все будет в порядке, но мне непонятно, как так, спят и разбудить их не могут.
Они обогнули заросли кустарника и очутились на небольшой поляне. Трава в одном месте была примята, Милан наклонился и заметил на некоторых травинках бурые следы. Хартвиг утвердительно кивнул.
— Да, здесь кто-то истекал кровью.
— Кто-то? Они лежали в месте залитом кровью другого человека и спали?
Комиссар подошел к нему поближе и прошептал.
— Новак, дружище, я Вас знаю давно. У меня нет уверенности, что это не их кровь. Я ни в чем не уверен. Кстати, рядом с ними лежал пистолет с расстрелянной обоймой.
Милан обернулся к дороге. Нет, стреляли точно не отсюда. Дорога едва просматривалась. Хартвиг кивнул.
— Невозможно. Но это не самое главное.
Он поднял отброшенный в сторону пиджак. Встряхнул и повернул лицевой частью к полицейскому. Пиджак был весь в бурых пятнах, но смысл был не в этом. Три дырочки, одна в правом рукаве, две в правой стороне груди. Человек, на ком был этот пиджак, должен был получить очень тяжелые ранения. И судя по пятнам крови, он их получил.
— Никаких следов. Никаких следов на теле. Кроме крови. На рубашке те же отметины. И кровь. Кто-то потерял чертовски много крови. И теперь лежит без сознания.
Они обернулись в сторону машин скорой помощи. “Какое-то безумие. Что здесь происходит?” C этой мыслью Милан повернулся и отправился к машинам.
