Лиён усмехнулась. Один готов исполнить любое её желание, другой – осыпать деньгами. Замечательно! Только вот какую цену придётся заплатить за это Лиён?
– Я не могу ничего обещать, – честно призналась она. – Его лицо совсем не похоже на те, что я рисовала ранее. Я не уверена, что получится.
– Пока не попробуете, мы не сможем узнать, – сказал Тэхо и отошёл в сторону, открывая взору Лиён умершего человека.
Она быстро на него взглянула, открыла ящичек, достала бумагу и чернила, разложила всё на полу. Господин вечно хмурый взгляд вряд ли приготовил ей удобный стол и мягкую подушку.
Когда всё было разложено на полу, Лиён с колотящимся сердцем подошла ближе к каменному столу. Распознать черты лица было сложно, да ещё и при слабом освещении. Наполнив воздухом лёгкие, она наклонилась ниже, всматриваясь в лицо когда-то живого человека. Но ничего не увидела.
– Можно? – спросила она, ткнув пальцем в свечу, стоящую на краю стола.
– Конечно, – ответил Тэхо и поспешил подать источник света.
Руки Лиён дрожали. Она была уверена, что причиной был не холодный воздух. Замёрзшие пальцы Лиён лишь на секунду коснулись ещё более холодных пальцев Тэхо, когда он отдавал ей свечу.
При свете стало лучше видно очертания странного лица. Лиён удалось рассмотреть скулы и размер глаз. Тонкие губы, которые, возможно, до смерти были более пухлыми. Она собрала остатки храбрости и коснулась кончиком пальца надбровной кости, провела по переносице.
Этого было достаточно, чтобы забраться в тот момент, когда он умер. Лиён ещё плохо управляла теми видениями, что приходили в момент рисования, но иногда это срабатывало.
Она отвернулась от трупа, расправила пышную чёрную юбку и уселась на пол. Достала кисть из волос и, как прежде, по привычке покрутила её между пальцами. Ритуал, который дарил ей уверенность.
Тэхо и Хаын встали рядом и, казалось, были готовы ловить каждое её движение. Закрыв глаза, Лиён глубоко вдохнула и обмакнула кисть в чернила. Первые штрихи были неуверенными, кисть не реагировала. Лиён обиженно поджала губы, сложила лист бумаги вдвое и достала из ящичка новый. Подумав несколько секунд, она опустила руку в ящичек и вынула из него маленький нож. Хаын удивилась и наклонилась чуть вперёд, а Тэхо лишь ещё больше нахмурился.
Лиён надавила кончиком ножа на палец, появилась маленькая алая бусинка. Она поднесла руку к чернильнице и выдавила крохотную капельку крови в чернила. А потом вновь опустила кисть в чёрную жидкость и коснулась молочного полотна бумаги. Линия тут же засветилась, а первая когтистая лапа духов коснулась плеча Лиён.
– Ты видишь это? – прошептала Хаын, тыча пальцем за спину Лиён.
– Да, – спокойно, шёпотом ответил Тэхо. – Видел ещё в первую нашу встречу.
– И зная об этом, позволяешь ей рисовать? Ты кто такой? Где Тэхо, которого я знаю?
Хаын оторвала взгляд от появляющихся на бумаге линий и посмотрела на Тэхо взглядом, полным удивления.
– Может, прекратите? – прошипела Лиён сквозь сжатые зубы. – Вы мне мешаете.
Её раздражало то, что они говорили о ней так, словно она глухая. Так происходило всегда. Люди шептались за её спиной так громко, словно желали, чтобы она услышала.
Тэхо и Хаын замолчали. В тишине Лиён могла слышать лишь их дыхание. Ровное и спокойное, отличающееся от её собственного – тяжёлого и прерывистого. Картинка складывалась тяжело. Красные и золотые ниточки медленно сплетали полотно прошлого человека, чьё лицо ей не удалось полностью прочитать.
«Но это ведь всего лишь картинки. Ничего ведь не случится, если я просто посмотрю чуточку ближе?» – стучало в голове Лиён. Квисины, как и прежде, что-то шептали. Громче обычного, но Лиён их не слышала.
