- Я не хочу ковыряться в моторах... или стать младшим чертежником... или оказаться в ситуации, когда все относятся ко мне, как...
- К любовнице босса?
- К жене, - призналась я и тронула колечко. - Вчера Мар сделал мне предложение.
...были цветы.
И ужин в самом дорогом ресторане города. Правда, чтобы я не смущалась, Мар взял кабинку, и за это я ему была благодарна. Все же мой гардероб на подобные выходы рассчитан не был, а покупать еще и платья... благо, Мар не предлагал, я бы все одно не позволила.
- Вообще я хотела бы остаться при университете, - призналась я, прикидывая, с чего завтра начать. Кристаллы почти выросли, пора было формировать узор, но я сомневалась, использовать ли традиционные молды или же попробовать изменять структуру опосредованно. Лённрот полагал эту мою идею чушью, но... кристаллов я вырастила с запасом, если взять один, никто не заметит. - Продолжить работу над темой...
- А твой Мар...
- Говорит, что ему все равно, лишь бы я была счастлива.
И я решилась.
От одного кристалла беды не будет, и вообще, как можно не опробовать такой инструмент? В университетской лаборатории и то похуже будет, хотя к чести Королевского Совета финансировали нас отлично. Но...
Я вытащила малую кисть.
Попробую.
...мы сочетались браком спустя три дня. Древний храм, сложенный из белого известняка. Жрец и малый чиновник с большой амбарной книгой, в которую наши имена вписывались медленно, будто даже этот, равнодушный с виду человек, продолжал сомневаться.
Мы не пара.
Все знали, что мы не пара.
Кроме меня...
...нет, следующие несколько лет я была беззаветно, бессовестно счастлива. Мар снял небольшую квартирку на территории кампуса. Так делали многие, к чему терять время на дорогу, да и что есть в городе такого, чего нет в университете?
Я получила место в аспирантуре.
Мар вынужден был отказаться от преподавания.
- Пойми, дорогая, не мое это... студенты, отчеты... занудство бумажное. Я за прикладную науку... и вообще дело семейное внимания требует. А ты занимайся своими потоками и ни о чем не думай.
Я и занималась.
Спорила с Лённротом, который сперва к замужеству моему отнесся скептически, кажется, вообразив, что я в самом ближайшем времени брошу науку ради семьи... не знаю, честно говоря, если бы Мар тогда попросил, может и бросила бы.
Любовь.
Опасное, мать его, чувство.
Но Мар не просил. Он уезжал и возвращался, привозил с собой ландыши и шоколад, устраивал вечера на крыше. Плед. Вино. И университетские голуби, толстые наглые птицы, которые, правда, казались мне забавными. Мы сидели и говорили... да обо всем на свете.
Он умел слушать, мой Мар.
И пусть сам признавал, что понимает едва ли треть, но... это звучало не обидно.
Моя маленькая умная девочка...
...опять что-то придумала.
...надо оценить идею и оформить патент. Не морщи носик, я сам этим займусь. В конце концов, мы же семья, ты только бумаги подготовь, отчет там и вообще.
И я готовила. И испытывала невероятную гордость, как же... первый патент принес нам тысячи крон - так, во всяком случае, мне сказали. Второй и третий не меньше. Четвертый Мар и сам вытащил из кипы моих записок, в которых он копался упоенно. Я бы, говоря по правде, не стала бы завязываться с такой-то мелочью. Оказалось, что вовсе и не мелочь, а принципиально новый тип соединения, который снизил энергопотери в ведущих узлах...
...ты и представить себе не можешь, девочка моя, что это значит в промышленных масштабах.
Мар кружил меня по крыше, и голуби ворковали, словно нашептывая, что жизнь удалась. А я... я задыхалась от переполнявшего меня счастья.
Пять лет.
Семь патентов и ворчание Лённрота, что наука, конечно, хорошо, но мне бы и семьей заняться. Ребенка там родить... теперь я понимаю, что он знал.
Да все, мать его, знали, кроме меня.
Благословенная слепота, от которой меня избавила Лайма. Она была маленькой и хрупкой, будто выточенной из куска горного хрусталя. Светлые до полупрозрачности волосы. Кожа настолько белая, что гляделось это едва ли не отвратительно. И огромные наивные глаза...
...вы меня не знаете...
Легкое платьице, едва прикрывавшее колени. Кружевной платочек и браслет с крупными сапфирами. Между камнями висели колокольчики, и браслет при каждом движении позвякивал. А Лайма не умела стоять, не двигаясь.
...нас не представляли друг другу, и в любом другом случае я бы не стала разрушать семью, но... понимаете...
Лайма была беременна.
Немножко.
Так она сказала и мило зарозовелась. А я, помню, стояла и пыталась понять, что этой странной девочке, нужно от меня. Она же, ободренная молчанием, говорила и говорила...
...Мар меня не любит.
Быть может, когда-то и любил, но давно. Я ведь понимаю, что любые чувства рано или поздно умирают, особенно, если над ними не работать.
Как?
Ежедневно и ежечасно.
Хорошая жена не бросит мужа ради науки. Хорошая жена следит за собой и уж точно не станет носить унылую серую форму и плевать, что в лаборатории без нее делать нечего. И вообще, к чему хорошей жене лаборатории? Она домом должна заниматься.
Каким?
