Снаружи шум работ по украшению территории сменился урчанием моторов – это прибывали на чай гости лорда Фоули. Максимилиан запрыгнул на подоконник, чтобы полюбоваться парадом самых прекрасных автомобилей. Машины кремового, светло-голубого и изумрудно-зелёного цвета по дороге из гравия подъезжали прямо к замку. Слышались приветствия, радостные возгласы и смех, встречались друзья, а лорд Фоули кидался от одной группы к другой, приглашая всех в бальный зал замка, где для всех уже был накрыт чайный стол. Арабеллу нигде не было видно, но Максимилиан заметил Банти, которая беседовала с дамой в широкополой шляпе, перевязанной шарфом с крупными подсолнухами. Если им повезёт, Банти будет слишком занята, чтобы возвращаться наверх и прерывать их поиски. Кот отвернулся и оглядел комнату. Багаж Банти был аккуратно сложен в углу и состоял из набора нарядных голубых чемоданов с кожаной окантовкой.
Оскар подбежал к ним и попробовал открыть, но они все были закрыты. Он глянул на Максимилиана и подмигнул единственным глазом. Потом выставил коготь, просунул его в замок верхнего чемодана и прижался к замку ухом. Один поворот лапы – и замок открылся.
Максимилиан ахнул.
– Где ты научился…
– Лучше не знать, – ответил Оскар, ухмыляясь. – Когда-нибудь потом расскажу. – Он открыл чемодан и принялся разглядывать содержимое. – Ну надо же…
В углу чемодана был скатанный в рулон холст. С тяжёлым сердцем Максимилиан выволок его наружу и поддел когтями верёвочку, которой он был перевязан. Она порвалась, и рулон раскрылся, явив взгляду тёмно-синее платье, бриллиантовую диадему и прекрасное лицо леди Селин.
Пропавший портрет хранился у Банти.
Максимилиан с несчастным видом глазел на него. До этого он думал, что когда поймает того, кто виноват во всех странных происшествиях, то будет счастлив и горд. Так было с его последним делом в Королевском театре. Но сейчас, когда в этом оказалась замешана Банти, он растерялся. Ему нравилась Банти, и она была к нему очень добра.
– Но за ужином в самый первый вечер Банти была в обеденном зале и, значит, не могла ходить как призрак по галерее… – Максимилиан запнулся, вспомнив, что Банти тогда ушла раньше. Она сказала, что идёт спать, так как у неё болит голова. – Что там баронесса написала в своём дневнике о потайном проходе? – спросил он у Оскара, заранее боясь услышать ответ.
Оскар разгладил бумагу, откашлялся и прочитал ещё раз:
– «Пойду ночью со свечкой по тому проходу за верхней галереей и вернусь до того, как он заметит, что я уходила».
– Вот как Банти узнала о проходе, – догадался Максимилиан. – Она прочитала о нём в дневнике. И ушла с ужина, чтобы разведать. А на следующий день воспользовалась им, чтобы прокрасться назад, после того, как она напугала Сильвию и Агнессу в театре. Вот почему она спустилась из своей комнаты такой встрёпанной. Она, должно быть, прошла тайным ходом, потом сняла платье баронессы и сбежала вниз, когда Сильвия с Агнессой прибежали через лужайку.
– Если Банти всё это время прятала дневник от отца, значит, она единственный человек, который знает, где сейчас пропавшие бриллианты.
Максимилиан не ответил. У него в голове промелькнула картина – каскад полумесяцев, который спускается по подолу платья и заканчивается элегантным изгибом. По платью Сильвии.
– Думаю, я знаю, где они! – воскликнул он. – Кажется, Сильвия нашла их. В театре были украшения в виде полумесяцев. Она решила, что это просто стекло, бижутерия, и поэтому пришила их на своё платье для сегодняшнего бала!
– Но они же бесценные! – выдохнул Оскар.
Максимилиан кивнул. Он больше не расстраивался, что Банти оказалась виновной. Он беспокоился о Сильвии. Если Банти готовилась заставить всю труппу покинуть театр, для того чтобы завладеть сокровищем, то на что она пойдёт, обнаружив бриллианты у Сильвии?
– Мы должны найти способ предупредить Сильвию! – воскликнул он.
Они понеслись через весь замок, съезжая по каменным перилам и прыгая через три ступеньки за раз. Главный холл заполняли горничные и лакеи с подносами шампанского, всеми командовал сурового вида дворецкий. Перед котами расстилался скользкий мраморный пол. Максимилиан заскрипел зубами.
– За мной! – скомандовал он и сделал громадный прыжок с нижней ступеньки, приземлившись на гладкий мрамор и направив весь свой вес вперёд. Он заскользил по полу, наклоняясь то вправо, то влево, чтобы огибать ноги обслуживающего персонала лорда Фоули. Потом по широкой дуге миновал ноги дворецкого и выскочил в открытую дверь. Оскар следовал за ним, и вдвоём они побежали через лужайки по направлению к театру.
Там труппа лихорадочно заканчивала последние приготовления. Мисс Жюли репетировала с небольшим оркестром, который лорд Фоули нанял для вечернего представления. Миссис Гарланд металась от одного актёра к другому, проверяя каждую мелочь в костюмах. Месье Лаврош так нервничал, что уже шесть раз поменял жилеты. Сильвию нигде не было видно.
