Надежды на то, что новая диверсия поможет вырваться – никакой. Они слишком много поставили на убеждение, что маньяк без своих камер окажется беспомощным. Да в веру обратили в последний месяц. Все.
Кроме Билла. Тот знал.
Теперь… А что теперь, крысы начнут переползать к нему. Сегодня уже в коридоре поговаривали… Старому, мудрому, опытному… А давайте, ползите! Валите хоть все и прямо сейчас!
Подпольщик сжал зубы. Нож, вместо того, чтобы снять кожуру с картошки, сорвался и впился в большой палец.
Очередная картофелина, на этот раз эксклюзив – с кровавым отпечатком – улетела в раковину.
Дождаться бы вечера. За ящиками в тайнике ещё пара бутылок разбавленного спирта. Кто-то туда ещё яблочных стружек накидал и корку от лимона. Гурманы, чтоб их… Останется стащить из кухни пару сухарей. В компанию б Арсень не помешал – он пьяный начинает городить всякую ересь, иногда смешно, иногда что-то почти философское. Зато меньше начинаешь думать о мути, которая на душе, и сама эта муть как-то… меньше делается, что ли.
А ещё Арсень ищет припрятанные в подвале банки с огурцами. У него на них как будто нюх, как у ищейки, откуда угодно вытащит.
– Всем утра, – в кухню, как знал, просунулся его зам. Повертел головой, обстановку оценивал. – Вы тут ещё друг друга не поубивали?
– Как видишь, – Джек поддел на нож новую картофелину, искоса поглядывая на него. Арсень почему-то был весь в краске. Или не почему-то, опять рисует. Когда все второй день по уши в холодной воде возятся, их Перо…
Зак насупился и пробормотал «привет» с претензией на важность. Долго важничать не вышло, Арсень, проходя мимо, потрепал его по волосам.
– Держи марку, крыса, – сказал весело, привалившись спиной к мойке.
– Доброго, Арсень, – Дженни улыбалась. Она почему-то всегда радуется, когда его видит. – Я для тебя завтрак оставила, на столе, под салфеткой.
– Да это подождёт.
Ухмыляется. Дёрнул из подставки нож. Подкинул, поймал, заработал восхищённый взгляд Зака.
Понтовальщик хренов.
– Помогу, раз уж мимо проходил.
Этого подпольщик от своего зама и ждал. Пришёл помогать, несмотря на угрозы маньяка. И будет. Вот вчера его в библиотеке-то не хватало, когда надо было книжки сушить.
– Давай, тут на пятерых работы хватит, – Джек подтянул табурет к своему, и Арсень плюхнулся рядом. От него несло касторкой и растворителем, маньяк его знает, почему.
– Щас мы эту картошку быстро...
– Мастер, я тоже могу помочь! – заявил Зак сердито, потянувшись за ножом.
– А ты перебери фасоль, – одёрнула его Дженни. – Мусор соберёшь в старые газеты и отнесёшь в кладовку.
Мелкий ещё что-то бухтел на заднем фоне. Арсень вытащил из таза самую большую и замысловатую по форме картофелину.
– Провалились мы, – сказал тихо, чтоб Дженни не услышала. – Идеи ещё есть?
– Смеёшься? Какие…
– Да не знаю… – зло. – Хоть попробовать вышибить окно, где камеры ещё не починили. Простучать стены, ещё раз во внутреннем дворе на крышу залезть… Но не сидеть же так!
Джек с некоторым удивлением узнал в таком поведении себя. Когда только попал в особняк десять месяцев назад и метался в стенах, как в клетке.
Арсень между тем быстро огляделся и заговорил ещё тише:
– Мы тогда с Дженни… Недели две может назад… короче, я не знаю, поможет или нет, но мы одну ерундовину нашли в книжках…
– Хватит с меня шифров.
– Не шифр. Да ладно, хоть посмотришь. Если фигня… – Арсень положил очищенную картофелину на край мойки и разрубил ножом пополам, – заткнём ей щель в раме. В подвале камеру уже починили?
– Нет ещё.
– Тогда…
В двух разных углах кухни захрипели динамики. Все пятеро подняли головы к потолку, Алиса, помешивающая варево в кастрюле, замерла с ложкой в руках, Дженни выронила из пальцев вязание.
– Перо, за твою помощь у них крови не хватит расплатиться, уверяю, – добрым голосом заговорил маньяк. – Хочешь продолжать?
– Проснулся, падла… – Арсень вскочил с места. Успел ещё, наклонившись к самому уху, передать «ночью в подвале», схватил со стола накрытую салфеткой тарелку и слинял из кухни. Голос маньяка послышался из коридора – кажется, Кукловод продолжил с ним говорить и там.
Алиса, конечно, бросила всё, высунулась, лишь бы услышать, что там её обожаемый псих бормочет. Если б Кукловод ей свой старый ношеный ботинок подкинул, она бы на него молилась.
Дженни со вздохом вернулась к выкипающей кастрюле.
– Твою помощь на этой кухне, Джейн, я оцениваю ничуть не меньше, и счёт к оплате, как ты могла догадаться, так же будет предоставлен не тебе.
Кукловод издевался. Голос у него был как у полного отморозка. Дженни поёжилась, Зак подскочил к ней, обнял, уговаривая не бояться, потому что они маньяка всё равно поймают, пусть не сейчас, но поймают, и…
Джек поспешно отвернулся. Жаль, уши не заткнёшь.
Он спихнул ножом с края мойки разрезанную Арсенем картофелину.
Подвал, ночь.
Какая разница, если и так сегодня ночью собирался быть в подвале?
