На всякий случай, проверяю пистолет в кобуре. Табельный «Вис» всё также увесист и тяжел. Хорошо было бы его заранее приготовить к бою, но делать этого нельзя — мало ли, захотят германцы изъять у меня оружие? И увидят, что пистолет заряжен — могут возникнуть разные неприятные вопросы.
После того, как убрал табельное оружие на законное место, лезу в карман форменных бриджей и достаю из него малюсенький пистолетик. Карманный «Кольт» мне протянул майор Врубель. Слов он никаких не говорил, но я прекрасно понял, что этот «малыш» под совсем несерьёзный патрон может спасти мне жизнь. Жаль только, что патронов всего — шесть…
Пока осматривал оружие, прятал его обратно, а после этого поднимался наверх, прошла, кажется целая вечность.
Вот знакомая дверь.
Три коротких удара с небольшой паузой, ещё три коротких удара, но на этот раз скороговоркой — практически без паузы.
А в ответ — тишина. Про неё ещё любят писать в романах — «наступила звенящая тишина» или как-то похоже. Вот только тишины не было. Мне казалось, что я слышу каждый шорох, каждое движение, что происходит вокруг.
Или это так тишина «звенит»?
Не знаю.
Я постучал ещё несколько раз. Всё тем же кодом.
Наконец, за дверью послышались шаркающие шаги, какой-то шум, скрежет замочной скважины.
Дверь мне открыл Робеспьер.
— Ян, мальчик мой! — Добродушно улыбнулся он, освобождая проход.
Оказавшись в коридорчике, я бегло осмотрелся, пока старик не закроет дверь. На замок и не повесит цепочку. В глаза сразу же бросилась полка над вешалкой, на которой аккуратно расположились сразу две шляпы.
— Проходи в комнату, мальчик мой… — Приглашающим жестом позвал меня за собой резидент. — У меня к тебе есть важный разговор.
В зале всё было привычно: стол, стулья, кресло-качалка, к которой и направился германский разведчик.
Неожиданно, у меня за спиной послышались лёгкие шаги. Я дёрнулся и повернул голову. За спиной, буквально в паре шагов стоял невысокий мужчина лет тридцати от роду. Робеспьер что-то сказал по-немецки. Из знакомых слов оказалось только одно слово — «Pistole».
Отвечать мужик у меня за спиной ничего не стал. Сделал несколько стремительных шагов ко мне, и, каким-то молниеносным движением открыл клапан кобуры и извлёк из неё мой пистолет, после чего отстранился на два шага назад.
Всё произошло настолько быстро, что я даже и сделать ничего не успел — хотя и ожидал чего-то подобного. В голове только и пронеслась запоздалая мыслишка — «А я так не умею!».
— Садитесь, пан поручик. — Приказал мне Робеспьер. От его доброжелательности не осталось и следа.
Я послушно сделал несколько шагов к столу и уселся на стул так, чтобы мой правый бок был прикрыт от германского резидента столом со скатертью. Вооруженный моим пистолетом боевик немецкой разведки остался за спиной, и я его не видел, но прекрасно слышал характерный «лязг железа» от того, что тот извлекал магазин, после чего загонял его обратно в рукоятку. Раздался привычный щелчок — патрон загнан в патронник.
— Что же вы, поручик, не рассказали мне о своей дружбе с военной контрразведкой? — Задал вопрос Робеспьер.
— А это имеет значение? — Решил «валять» дурака я.
— Не придуривайтесь, поручик! — Голос резидента налился металлом.
— Хорошо. — Согласно киваю я. — Мне знакомы некоторые офицеры из отдела военной контрразведки из штаба армии «Познань», и перед поездкой во Францию, мне пришлось иметь беседы с представителями этой службы, но это было ещё в Варшаве.
— Это не то! Мне прекрасно известно, что две недели назад к вам приходили офицеры контрразведки! — Повысив голос, выпалил Робеспьер, после чего взял себя в руки и продолжил уже тише:
— Вам показывали фотографии, где я встречаюсь с девушкой!
Я слегка прищурился, изображая активную мозговую деятельность…
***
Майор Врубель нервничал. Операцию по захвату или ликвидации германской разведывательной сети пришлось готовить в спешке. Благодаря своему обширному опыту контрразведывательной деятельности как в войсках, так и находясь «на дипломатической» службе, Врубель прекрасно осознавал, что слишком большое количество нюансов было неучтенно.
Опять же — никто не подозревал, что эта француженка, Мари, окажется агентом иностранной разведки. А ведь её личное дело изучали едва ли не под микроскопом — всё там было чисто! Знает английский, немецкий, польский и чешский языки… Молода… Красива… Работает переводчиком… Если бы не её заинтересованность поручиком Домбровским этой зимой во Франции — на неё бы и не обратили внимания! Но решив проверить, узнали, что в тридцать восьмом году она интересовалась боеспособностью Чехословацкой Армии. И, пусть тогда, с немцами Польша была заодно — Тешинская область была присоединена к Польской Республике, майора насторожила та активность, которую она проявляла по отношению к поручику…
Внезапно послышались выстрелы. Вначале два частых, быстрых. Потом ещё два. И ещё.
Контрразведчик негромко выругался, выхватил из потайной кобуры купленный в Германии пистолет «Вальтер ПП», и, вместе с одним из своих подчинённых побежал в ту сторону, где скрылся поручик бронетанковых войск.
