Фирс Остапович объяснил, в чём заключается этот договор. Она должна будет дать Селифану сильный импульс для учёбы. Он сказал ей искренне всё, что было в действительности: он сильно взволнован отметками сына и очень хотел бы, чтобы он больше внимания уделял учёбе. Услышав такое, Кира Тарасовна на мгновение подумала, что он хочет, чтобы она сделала из его сына отличника без всякой заслуги на то. Она бы никогда не пошла на это. Так думала Кира поначалу. Но потом поняла, что сделать это оказалось бы для неё куда проще, чем то, что Фирс Остапович предложил.
Он оказался подлым манипулятором. Он хотел заставить усердно учиться сына, оперируя его чувствами по отношению к ней. Кира выставила его вон из своего дома, когда он пришёл с таким предложением. Она бы ещё поняла, если он хотел бы обеспечить Селифану некоторое покровительство от учителей - особое отношение, помощь на экзаменах, но не такое!.. В её понимании, это являлось самой настоящей дикостью, бесчеловечным поступком. Пусть она и не любила Селифана, как мужчину, - симпатизировала ему, как к человеку. Она не хотела играть на его чувствах. Ничего хуже она себе не представляла.
Но Фирс Остапович оказался умным и подлым человеком. Он решил, во что бы то ни стало, заставить Киру Тарасовну сделать то, что он просит. Фирс Остапович откуда-то достал доказательства её недопустимого поведения с Селифаном. Это были фотографии, где они целуются. И это не просто дружеский поцелуй... Затем в них имелся ещё один фрагмент, который полностью доказал бы в суде её распутство (вернее, она была уверена, что доказал бы...) Это фрагмент, где одна её рука на талии Селифана, а другая срыта за ней и пропадает в тени где то ниже его живота.
"Подлинные" - сказал он ей тогда, а объяснения даже слушать не стал. Но уверил, что верит ей: ничего плохого она не совершала...в фотографии запечатлён момент, когда Селифан сам положил её руку к себе на талию, чтобы доказать свою любовь и горячность...ну и видна её реакция. Он ещё ехидствовал, что там она весьма в необычной форме.
Кира даже не попыталась усомниться в подлинности снимков. Но ей бы это и не удалось. Вместе со снимками Фирс Остапович показал ей результаты экспертной комиссии, они доказывали их подлинность.
Он также заверил Киру, что этих снимков может хватить, чтобы обвинить ее. Впрочем, он не был уверен. Но ему ведь не в тюрьму посадить её требовалось. Он хотел лишь напугать её, чтобы она согласилась помочь разрешить его проблемы с сыном. Уж очень желал он сделать из сына гения наук!
Кире пришлось пойти на все условия Фирса Остаповича. А потом, перед уходом, он сказал ей не держать зла на него: ему приходится быть плохим, потому что по-хорошему ему не хотят помочь. Сказал, что сожалеет такому одностороннему соглашению. Но Кире эти слова его не принесли утешенья. Она поддалась шантажу, а то, что он за это извинение просил, ситуацию не меняло.
Но Кира не давала Селифану никаких обещаний. Она даже никогда не говорила, что он будет нравиться ей больше, если станет учиться хорошо. Она лишь намекнула, что если бы это было так, она была бы счастлива, что ученики её всё-таки способные дети. И она не отрицала, что симпатизирует ему, как к человеку, и даже как-то сказала, что любит его больше, чем всех остальных учеников в их классе...но опять же делала она это с чрезвычайной осторожностью, стараясь не заложить в парне надежды на ответную любовь. Не получилось. Он любил и ждал её. Жил в грёзах своих в течение двух последних лет в школе. Селифан был так околдован ею, что ни о чём толком и думать не мог. Пусть он и делал необычайные успехи в школе - всё в мечтах... он как зомби был, не чувствовал нагрузки на мозг, плохо осознавал реальность. Грёзы его - уносили далеко-далеко, и в них уже он чувствовал себя хорошо и счастливо.
Селифан начал рано вставать - раньше обычного. Он считал, что с уроками не успевает. А он всю программу на день хотел выполнить. Кстати говоря, это дневная программа составлялась им самим поверх школьных заданий. Он просто брал чистый лист бумаги и выписывал в неё те упражнения, выполнение которых считал необходимым. Как правило, он неудачно распределял их количество: слишком большое для одного дня. Не умея рассчитывать количество упражнений соразмерно своим силам и способностям, он слишком переутомлялся. Селифан рвался выполнять всё, что надумал...к счастью это долго не продолжалось. Он понял, что обладает более значительными способностями, чем всем кажется. Ему показалось, что незначительными усилиями он поднял свои оценки с троек на четвёрки (он старался одинаково успевать учить все предметы в школе и не получать за одни пятёрки, а за другие тройки) Селифан стал замечать за собой некую озабоченность своими отметками в школе, причем постоянную. Он просто не мог ни на минуту расслабиться. Утром учился, ночью - мечтал. Это был сложный период в его жизни, но позже многое наладилось.
