Селифан молчал. Он ждал, что Эмма, вероятно, захочет объяснить ему, что с книгой той, которую он попросил купить. Он был убеждён, что так оно и будет. Ведь к тому времени они уже остались одни - все мгновенно разошлись после звонка.
Селифан не ошибся, и его пронизывающий вопросительный взгляд сделал своё дело. Эмма начала открывать свой портфель и заговорила:
- Вот, я вам купила, - сказала она, протягивая Селифану книгу небольшого размера с клетчатой обложкой, на которой было что-то нарисовано. Селифан уже знал что - ученики с восторженными лицами, их, как правило, бывало двоя. Но он не стал разглядывать обложку книги. Он был доволен! Но никак не выразил это на лице - постарался быть серьёзным и хладнокровным. Ему ведь долго пришлось ждать, он и недовольство тоже хотел выразить. А улыбка его явно настроила бы Эмму на положительные эмоции. А Селифан не любит говорить что-либо не кстати...
- ...и вот ещё, - сказала Эмма, после непродолжительной паузы и, протягивая учителю небольшой клочок бумаги и некоторое количество монет.
Селифан молча взял всё, что она дала. А это были чек и четырнадцать рублей и пятьдесят пять копеек. Впрочем, Селифана мало интересовали эти деньги, но он всё же очень быстро и умело их пересчитал, не забыв заглянуть на чек. И когда Селифан снова поднял на неё голову, она заговорила:
- Извините, что сразу не смогла.
Голос её выглядел виноватым, а взгляд - жалостливым. Эмма уже поняла, что он недоволен и очень ...
- Ничего страшного: главное купила, - сказал Селифан, но взгляд его был холодным и жестоким. Эмма поняла, что слова его представляют собой полную противоположность его душевным ощущениям. "И этот человек не умеет прощать" - подумала она, как обычно, представляя в нём самые негативные черты характера и это, только потому, что он мужчина...Эмма теперь категорически отказывалась видеть в мужчинах что-либо хорошее. Ведь на её жизненном пути встречались только "плохие мужчины", даже отец её и то не идеал доброты... Хотя его она всё же любит, ведь для неё "нехорошим" он является лишь тогда, когда пьёт. А вот Роберт - он, пожалуй, единственный представитель мужского пола, который ей нравится хоть чуточку. Его лишь она могла внести в список "хороших мужчин". Впрочем, и тут она сомневалась, так как считала Роберта несколько странным и унылым по натуре.
Эмма всегда сравнивала всех мужчин между собой. И видя Селифана, она не могла не думать об отце, Роберте и даже Максиме. Она вспоминала всех мужчин, с которыми когда-либо имела дело. Эмма просто не умела иначе. И, вероятно, именно поэтому её так угнетали разговоры с учителем в пустом классе - она вспоминала всё нехорошее в её прошлом. (Эмма не замечала, что Роберт не пробуждает в ней никакие воспоминания и никакие мысли и потому-то она с ним чувствует себя комфортно, говорит обо всём непринужденно и он в её видении - особенный, неординарный человек).
Эмма категорически отказалась смотреть в суровые глаза своего учителя. А выразила она это тем, что немедленно опустила голову, как только восприняла долю негативной информации, которую Селифан излучал. А ведь ничего особенного он не говорил...
Но а Эмма в глазах Селифана выглядела какой-то расстроенной, обиженной или даже приниженной. Ему даже совестно стало упрекнуть её в чем-либо. А когда она опустила голову, так вообще...Селифан на секунду почувствовал себя её мучителем. Уж очень её взгляд казался жалким, а она - измученной.
Он захотел поинтересоваться, что с ней такое происходит?..
- Всё в порядке? - спросил он очень неожиданно для Эммы.
-Да, конечно.
Она тут же подняла голову - успокоила Селифана. Она теперь уже выглядела более жизнерадостной - более сильной. И Селифан не повременил сказать о том, о чём хотел сказать уже в начале их разговора:
- Приходи завтра ко мне после последнего урока. Я буду ждать тебя тут, в этом кабинете.
- А почему? - спросила Эмма, шокированная услышанным. И первое, о чём она подумала, был вопрос: "чего это он опять задумал?"
- Через три недели у нас намечается концерт в актовом зале, и неплохо было бы обсудить некоторые детали этого мероприятия, - объяснил Селифан.
- Без меня нельзя? - вырвалось у Эммы. Она находилась на вершине своего недовольства и уже почти перестала думать, прежде чем сказать что-либо.
- То есть как это? Ты же у нас староста! Только с тобой я и буду обсуждать этот вопрос и ни с кем больше, - объяснил Селифан так же резко и быстро, как она задала ему вопрос. - Не думаешь же ты, что я приглашу весь класс и устрою здесь завтра балаган? - тут Селифан замолчал на секундочку. Он хотел увидеть её реакцию. И он уже совсем не совестился тем, что нападает на неё. Ведь "сильный, жизненный взгляд", по его мнению, требовал к ней иного отношения, и сама она сказала, что с ней всё в порядке. А вот он нуждался в успокоении! Селифан счёл, что она его сильно обидела и теперь заслуживает хоть сколько-нибудь наказания. Он полных две недели "делал их домашние работы" - пусть теперь и она "побегает для него".
