Неделя ушла на ознакомление с новыми комплексами, технической документацией и нейронной наладкой машин. Им с Сакорой предстояло встречать и налаживать работу агрегатов на Колонии. После этого у Брена заканчивалась вахта, и он должен был лететь домой, на Марс. Новые машины, помимо старого доброго ультразвукового бура, имели два мощных лазерных резака и водоабразивный скальпель. Классные аппараты. Они, как дети с новыми игрушками, возились с этими псевдоинтеллектуальными творениями японцев.
Новое оборудование и пахнет по-другому, не перегретыми топливными элементами, раскаленным металлом или техническими жидкостями, вечно сочившимися из их старых работяг ГТ-5. Новое — оно и в Облаке Оорта новое.
Неделя пролетела, и они вернулись на свою вечно угрюмую, туманную и дождливую планету. Через пять дней придет контейнеровоз из метрополии. Работа предстоит напряженная, останавливать добычу генеральный управляющий не разрешил, поэтому вводить в эксплуатацию и заменять оборудование придется постепенно, заодно переобучая ребят.
Была у новых машин своя изюминка: при установке «псевдоразумной» оболочки управления они могли работать абсолютно автономно, но стоила оболочка ИР колоссальных средств. ИР вообще штука дорогущая и используется в основном на кораблях космического флота. Так что новые агрегаты были, образно говоря, «бочками без вина». Глава концерна лишних денег выделять не желал, да и ребятам это на руку — не лишатся работы все-таки. Потерять работу сейчас, в нынешнем положении, когда они с Лоритой решили создать семью, Брен никак не мог.
После возвращения им дали сутки отдыха, а потом нужно было приступать к подготовке учебных пособий для персонала рудников. Следующая неделя прошла довольно суматошно. Приемка оборудования, подготовка, комиссии, высокое руководство. Нервы потрепали капитально. Еще пару дней — и все, большей частью парк горнопроходческого оборудования участка будет заменен. Старое оборудование собирали партиями на верхней станции грузовых лифтов для погрузки и отправки в ремонт и дальнейшей перепродажи. Пока не придут грузовые платформы, их оставили около портального входа в шахту, где они стояли как древние терракотовые воины — мертвые и забытые.
Вход на рудник представлял собой портал и площадку 60 на 80 метров, вниз, на уровень «минус 20», уходил длинный, около сотни метров, пологий спуск, где и располагались грузовые и пассажирские лифты.
Тяжелая неделя закончилась, и впереди замаячили заслуженные выходные. Вечером парни из четвертой бригады предложили пойти в бар — будет трансляция отборочных матчей чемпионата Федерации по стиллболу. Игра в мяч на огромных неуклюжих роботах-погрузчиках внезапно стала неимоверно популярна в последние годы. Не то чтобы Брену она нравилась, но, по крайней мере, это точно поинтереснее дурацких гонок на спидерах, которые постоянно крутят в баре. Так что он не видел причин отказываться от стаканчика в хорошей компании. Тем более что сегодня играла их подшефная команда — будет тотализатор.
В баре Евгений Лобов, товарищ Брена из геологоразведки, поведал, что тут происходило, пока они отсутствовали. А поведать, оказывается, было что.
От егерей Женя узнал об интересной находке Маноэла Ракоша, одного из самых уважаемых трапперов. Вроде как в окрестностях появился зверь, способный разделать, как щенка, самого мегакарниворуса. И вообще, поговаривают, что лес пустеет, дичи мало. Неделю как на перекличку не выходят с десяток трапперов с дальних зон. Серьезные проблемы вызвал сбой НАВа орбитального комплекса «Фата Моргана». Прямо кара Творца, не иначе.
Таких громких событий на памяти Брена не было. Единственная проблема этой зеленой планеты — многочисленная агрессивная фауна, но с ней Корпус егерей худо-бедно справляется. А тут прямо лавина событий — надо поразмыслить об этом на трезвую голову.
Вечер прошел удачно, их команда выиграла встречу, и они с Женей сорвали по пять сотен. Ну и, естественно, солидно накидали по этому поводу «за воротник». Домой Брен вернулся в очень приподнятом настроении, хотя и не своим ходом.
Утренняя расплата была ужасной. Даже глазными яблоками было больно вращать, куда там дойти до душа. В таком состоянии он пролежал после пробуждения все утро. Сигнал коммуникатора нарушил эту идиллию.
«Разрази меня комета… Что такое?» Отвечать не хотелось, но вызывающий не унимался. Пришлось принять вызов.
Над кроватью возникло лицо Сакоры. Без прелюдий Садзебуро начал:
— Брен, у нас ЧП, на шахтах регистрируют возгорания, системы сработали на восьми участках, изображений с камер нет. Регистрируем постоянное повышение температуры. Мы собираем всех, выходные отменены. Аварийные партии уже в пути. Давай тащи задницу сюда, и побыстрее. — Изображение растаяло.
Первая мысль: «Оборудование! Черт побери, новые комплексы стоят, ожидая вахты… и там сейчас пожар. Мать моржиха! Что с системой пожаротушения? На случай пожара система может их запечатать. Проблемы! У нас страшные проблемы…»
