Я хочу начать общение с психотерапевтом тета-тет, но пока что мы (лечащий врач, ординаторка и я) понимаем, что я к этому не готова. Когда мое эмоциональное состояние стало выравниваться, врач пыталась поговорить со мной. Она пододвинула к себе папку с личным делом и спросила: «Вы из Нижнего Новгорода, правильно?» – и у меня брызнули слезы из глаз. Она убрала папку обратно и сказала: «Ничего, вернемся к этому позже».
Каждый будний день я встречаюсь с ординаторкой. Чаще всего она застает меня одетой, умытой, на аккуратно заправленной кровати. Бывали и исключения. Она быстро понимала, что что-то критично не так, когда:
⁃ я лежала в пижаме на смятом белье, накрываясь одеялом, сбившимся в ком (упало давление, пыталась потерять сознание);
⁃ я накрывалась с головой пледом и поплакивала (противотревожных было недостаточно).
С лечащим врачом я вижусь 1–2 раза в неделю, по желанию чаще.
У меня были занятия в психогруппе, об этом был пост. Это хороший формат для начала, когда все только-только справляются с побочками и думать, тем более вникать во что-то, невозможно. Раньше также проводили занятия для близких и родных (объясняли, в каком состоянии находится человек, на что это влияет, почему так происходит), но сейчас, конечно, из-за того-о-чем-нельзя-говорить подобных встреч больше нет.
Сейчас я хожу на психоэмоциональные тренинги. Не знаю их точное название, но напоминает когнитивно-поведенческую терапию. Здесь более активная работа (хотя всегда можно отказаться отвечать или делать дз), другой психолог. Иногда их двое – один ведет занятие, а второй сидит как шпион и наблюдает за нами.
Про первое занятие сказать особо нечего. На нем мне предложили составить ответ, максимально объективно объясняющий, почему что-то не получилось. У меня сломался мозг, я поняла, что не умею мыслить за пределами схемы «я виновата во всем в этом мире», расплакалась и вышла.
Второе занятие я отсидела полностью, меня уже не трогали. В качестве домашки нужно записать ситуации, в которых я делала преждевременные выводы.
#запискиюногопациента
8 декабря 2020
Как бы вы поступили, если бы узнали, что один из пациентов перестал пить таблетки?
Мне пока сложно понять, что я чувствую. Кажется, что такая ситуация возможна в любом отделении и задача врачей – отслеживать это по состоянию пациента, а медсестер – смотреть в рот после приема.
В моем отделении все совершеннолетние, поэтому пациент сам ответственен за отказ от препаратов.
10 декабря 2020
Список моей запрещёнки:
⁃ Стаканчик для кисточек (керамика)
⁃ Две подставки для кисточек (керамика)
⁃ Карманное зеркальце
⁃ Газировка
⁃ Пакеты с кашей без маркировок
⁃ Лекарства
⁃ Сыворотка для лица (в стекле)
⁃ Крем для лица (в стекле)
⁃ Сырный соус
⁃ Просроченный хлеб (он в холодильнике, так что ему плевать)
Убегая, я слышу, как другая пациентка обращается к ней: «А вы снимите надпись про курение еще». Это она про туалет. Там на стекле висит листочек в клетку: «Девочки! Закрывайте за собой дверь, иначе курить запретят вообще!»
Я сначала не могла понять этой надписи, потому что везде висят таблички о том, что курение запрещено, и я сама подписывала согласие с правилами этого места, где «Курение запрещено» вынесено отдельно, без цифры, по центру.
Мне больше некуда впихнуть вещи. Прошу соседку подержать у себя. Все готово, у нас образцовые тумбочки: ничего, кроме чашки (ладно, у меня две чашки, термос и бутылка для воды). Мы чинно сидим на заправленных кроватях, но это длится недолго – мы падаем от усталости.
У меня уже некоторое время нет суицидальных мыслей, но процесс лечения не всегда идет стабильно вверх, в нем возможны провалы, откаты, и в этом нет ничего страшного.
11 декабря 2020
Проверка прошла незаметно, а я провела чудесный день без нервов, эмоций, чувств, как будто меня от мира отделяла стеклянная стена. Вечером стена растворилась, и голову прорезали волны тревоги. Плакала, грустила, очень хотела выпить таблетки.
