Она притягивает… Она манит… Она не отпускает… Но когда-нибудь Охотник вернется!
Картошка в этом году уродилась неважная. Стилс долго перекапывал серую пылеобразную землю возле каждого куста, но пока насобирал только два неполных мешка мелких, изъеденных червями и «кротами» клубней. В первые годы с нескольких грядок он имел три мешка отборной картошки, но участившиеся засухи и расплодившиеся вредители делали свое черное дело. Его соседи давно уже плюнули на акклиматизацию этого знаменитого земного овоща, но первый и пока последний мэр колонии на Радуге, Дэн Стилс, упорно цеплялся за старые традиции. Ну не видел он до этого планеты с пригодными для человека условиями жизни, и чтобы на ней не росла милая его сердцу картошка! Однако с каждым годом ее запасы не только не увеличивались, но и наоборот — на какие бы ухищрения не шел Стилс. Признаться же в поражении он не смел даже самому себе.
Зато пшеница прирослась отлично, и фермеры просто заваливали ею Город. Но, конечно, в основном выращивали местные культуры. Картошка Стилса была скорее его хобби, чем необходимым продуктом. Вот на целых три метра вытянули ввысь ярко-синие стебли несколько «брызгалок», прозванных так за свою способность плеваться специальным органом ядовитой жидкостью, который, естественно, обрезают, как только растение немного подрастает. Зато крупные темно-коричневые плоды продолговатой формы обладают изумительным вкусом, и редкий праздничный стол обходится без кушаний на их основе. А вот «дарилки» — овощ, похожий на небольшой ярко-оранжевый патиссон, весьма жгучего вкуса, который является заменой красного перца. Кроме этого, на его основе изготавливается множество лекарств от самых различных болезней. Из фруктов у Стилса росло пяток деревьев несколько кисловатого грейпфрута и парочка местных культур, напоминающих сливу и яблоню.
Стилс со вздохом завязал бечевой мешок и, взвалив его на спину, отнес в сарайку, положив рядом с первым. «До чего же мало!» — с горечью подумал он.
— Эй, Дэн, ты здесь? — раздался снаружи чей-то озабоченный окрик и через несколько мгновений в дверном проеме показался Пит Робинсон, городской маляр — молодой долговязый парень, все лицо которого усеяли оспинки от перенесенной некогда болезни. — Дэн… Я… Это…
— Ну, чего опять случилось? — Стилс спокойно повернул к нему свое смуглое обветренное лицо. — Крокодил кого уволок или Амелия снова рожать собралась? Говори толком!
— Это… Корабль! Они сядут через полчаса!
— Корабль… — нахмурился Дэн. — Какой?
Пит с трудом проглотил слюну, вытаращившись на мэра.
— Им… имперский линкор! А может быть и целая флотилия, мы не знаем! Вот…
Стилс выругался сквозь зубы. Этого еще не хватало! Последний раз на Радугу садились пять лет назад… Хотя, нет, три года назад прилетела эта парочка — то ли Стоксов, то ли Флоксов. Но они ушли, не захотели остаться ни в Городе, ни основать какую-либо ферму неподалеку. Странная была эта парочка! Их же предупреждали, и они видели с орбиты
— Идем! — он прикрыл в сарайку дверь и они почти побежали к старенькому космодрому на окраине городка, куда приземлялись все новоприбывшие корабли.
По пути им встретилось множество народу, спешащего туда же. Завидев мэра, все радостно кричали и махали шляпами.
— Эй, Дэн, что, нашего полку прибыло?
— Опять забот полон рот?
— Ты не отпускай их, как тех… как их… Поксов!
— Дэн, говорят, они военные? А это не за нами? Ну, мы посмотрим еще, кто кого!
— Там прилетел сам адмирал Рассел!
— Я, значит, Пит, опять узнаю новости самым последним, да? — возмущенно прошипел парню мэр. — Безобразие!
Космодром был совсем маленьким, за ним, конечно, никто не следил — между плит росла трава, громоздились кучки мусора, хозяйственные помещения пустовали и были даже частично разобраны на нужды Города. Пусть это будет им дополнительным предупреждением! Не стоит соваться на Радугу…
— Найди Роллерса, — приказал Питу Дэн. — Это он ведь принимал радиограмму?
Паренек кивнул.
— Я сейчас, мигом! — захлебываясь, пробормотал он и исчез, словно ветром сдуло.
День выдался прохладным и пасмурным, но ветра не было, только верхушки высоких пурпурных елей, растущих по периметру площадки, мерно раскачивались из стороны в сторону. Народу пришло очень много, казалось, что на неординарное в последнее время событие сбежалось все население колонии. Женщины были приодетые, в праздничных нарядах — сильно накрахмаленных широкополых юбках или просторных светлых платьях, расшитых причудливыми узорами, в огромных шляпах с пестрыми ленточками и тому подобное. «Женщины есть женщины», — хмыкнул про себя мэр. Многие мужчины, впрочем, также надели костюмы. Даже старый пропойца Бикусофф. Но, конечно, самое большое торжество было для детворы! С визгом и криком, от которого закладывало уши и стыла кровь, они стайками носились взад-вперед за ошалелыми собаками, неизбежно натыкаясь на взрослых и сразу же получая за это от них оплеухи. Но всех их роднило одно — ежеминутный взгляд в небо. Не летят ли уже?!
