Рабство считалось нормой в античном мире: «подсчитано, что в Римской империи было 60.000.000 рабов»[194]. Рабы были основной рабочей силой, рабами могли быть не только домашние слуги и рабочие, но также и образованные люди: доктора учителя и управляющие. Рабов передавали по наследству, продавали, требовали в уплату за долги; рабами становились и пленники. Никто никогда не сомневался в правильности явлений подобного рода. «Институт рабства был тем фактом в средиземноморской экономической жизни, который полностью принимался как данность, так что никто не мог рассчитывать на успех, поднимая «проблему» рабства в эпоху античности. Это полное принятие системы рабства объясняет, почему Платон в своем описании хорошей жизни, которую он изобразил в «Республике», вообще не упоминает класс рабов. Он просто подразумевался»[195].
Живущим там, где рабство было упразднено законом полтора столетия назад, трудно предположить, что можно поощрять владение одним человеком другого. Еще труднее понять, почему рабов рассматривали как вещи, а не как личности. При всем своем интеллекте и культуре Аристотель не мог допустить никакой дружбы между рабом и рабовладельцем, ибо, как говорил он, «раб есть лишь живой инструмент, также и какой–нибудь рабочий инструмент можно назвать неодушевленным рабом». Однако он, по крайней мере, признавал, что «раб — это такой вид собственности, у которого есть душа»[196].
Подобное обезличивание и обесчеловечивание рабов отражено в ранних законах Римской империи. «По закону они были всего лишь владением без прав, хозяин мог обходиться с ними по своему желанию»[197]. «Римское государство оставило вопрос о наказании рабов на усмотрение их собственников…
И все же не стоит полагать, что подобного рода варварское обхождение было повсеместным и привычным делом или что оно продолжалось с той же силой и в первом веке нашей эры. Несмотря на то что поначалу закон не предусматривал никакого наказания для рабовладельцев, жестоко обходившихся со своими рабами, гораздо чаще, если не всегда, рабовладельцы испытывали влияние других факторов, будь то их собственное чувство ответственности, общественное мнение или личные интересы. Что касается общественного мнения, то, например, современник Апостола Павла, стоик Сенека, учил, что все люди братья, и настаивал на мягком отношении к рабам. Что касается личных интересов, то хозяева знали, что рабы представляли собой отличное капиталовложение, поэтому хорошо обращаться со своими рабами было так же выгодно, как выгодно хорошо обращаться со своими животными или мебелью.
