Такой большой и яркой надписью был подписан, висевший на входной двери, нарисованный плакат, на котором была изображена брюнетка, разодетая как цыганка, протягивавшая вперёд руку с хрустальным шаром. Пройдя взглядом по данному творчеству, Ева Митина не смогла сдержать ухмылку. Полюбовавшись ещё немного на плакат, девушка позвонила в дверной звонок. На пороге её встретила та самая Аксинья Волхова, которая выглядела более молодой и более бледной, чем на плакате.
— О, половинушка моя! — ласково произнесла женщина, — Заходи!
Когда Ева вошла в помещение, она почувствовала себя немного неуютно. Рабочее место Волховой мало чем отличалось от рабочего места шарлатанов, выдающих себя за колдунов: полумрак, позолоченные и безвкусные предметы декора, а также тяжёлый запах смеси трав неизвестного происхождения. Митина села за маленький круглый стол, накрытый скатертью из фиолетового бархата, на место, где обычно сидели клиенты, в то время как Аксинья налила в чашку горячий травяной сбой.
— Расслабляет. — пояснила пожирательница, — Честного говоря, меня до сих пор приводит в восторг то, что тебе не чужда обычная еда.
Когда речь шла о происхождение Евы, девушка сталкивалась с двумя реакциями в московском сообществе пожирателей: либо презрение, либо любопытство. С Волоховой у Митиной были неплохие отношения, хоть Еве иногда и казалось, что пожирательница при удобном случае пустила бы её на опыты.
— Всё в порядке? — спросила девушка, заметив лёгкое напряжение в лице Аксиньи, — Давно охотилась?
— Эта возможность мне представиться только поздно ночью. — Волхова села напротив знакомой, — Как же хорошо, что я не могу твои мысли читать.
— Как и все остальные. — фыркнула Митина.
— Не обращай внимание, половинушка моя. Пусть плюются, ты всё равно часть нашего сообщества… Как твой отец поживает?
— Ты думаешь, что что-то могло измениться?
— Не думаю. Предсказуемее ярославского Парацельса, могут быть только выборы в этой стране. Но всё же…
— Ну-у… С тех пор, как Княгиня дала понять, что она заинтересована в его химических разработках, он целый месяц не вылезает из своей лаборатории. По сути, я стала его связью с внешним миром.
— Эх… А ведь когда-то и я была в фаворитах у Княгини, да и, что греха таить, у нашего Царя тоже. Помню ещё триста с лишним лет назад я могла навести шороху на всё село Троицкое. Не так как Княгиня, конечно, но всё же… Сейчас же я обслуживаю людей с облегчёнными моральными принципами.
— Да, большая часть сообщества знает. — Ева насторожено прищурила взгляд, — Ты ходишь по краю. Не боишься?
— Странно… Не помню, Ева, чтобы ты отличалась излишним… Хм… Как нынешний молодняк это называет?
— Моралфажество.
— Да, вот этим! — Аксинья щёлкнула пальцами.
— Думаю, пора объяснить, зачем я приехала. — Митина достала из сумочки блокнот, в котором был клочок бумаги, — Вчера к папе в гости заходил один оракул. Во время этой посиделки ему пришло видение. Когда я прочитала эти слова, я сразу подумала о тебе.
Ева отдала знакомой бумажку с размытым пророчеством, которое заставила пожирательницу напрячься.
— Будь осторожна! — и не дожидаясь ответа, Митина ушла из магического салона.
***
Личная карта № 77. 019416
ФИО: Волхова Аксинья Ермолаевна
Пол: женский Вид: Вудуист
Дата рождение: 1737 г. (точная дата не установлена)
Место рождение: неизвестно (со слов регистрируемого)
Дата перерождения: зима 1758 г. (со слов регистрируемого)
Регистрация в ордене: 3. 02. 1901 г.
Статус: Жива
Так начиналась личная карта пожирательницы, которая в местном сообществе была известна, как Троицкая ведьма. К ней на служебном фургоне и направились Нинель, Милан и Лариса. Григорий же был вынужден отделиться, ибо мужчина внезапно был вызван головное здание московского дозора.
— Как думаете, это связано с нашей самодеятельностью? — обеспокоено спросила Лариса, проверяя оружие.
— Если это так, — начал Милан, сидя за рулём фургона, — То нам нужно поторопиться. Если мы найдём доказательство на эту ведьму, то думаю, нам несильно всыплют.
— Нин, — Искандер обратилась к коллеге, которая читала личное дело пожирательницы на планшете, — Что скажешь?
— Её правонарушения типичные для рядового пожирателя. — сказала Нинель, — Правда есть один странный момент… Среди этого списка числиться обвинение за сорок пятый год. За сотрудничество с фашистами.
— И как её не ликвидировали? — спросил Милан.
— Обвинение не смогли подкрепить весомыми доказательствами. — объяснила Воронцова, отложив планшет в сторону.
Наконец, Спасоевич припарковал фургон на достаточном расстояние для того, чтобы транспорт не привлекал лишнее внимание. Все трое вышли на улицу.
— Не боись, Нинка. — подбадривала Лариса, — Ты справишься!
— Всё в порядке будет! — храбрилась Воронцова, хоть нервная улыбка и выдавала её, — Ребят, минут через двадцать я пришлю сообщение, если же этого не случится…
— Я буду выяснять, что случилось. — заверил Милан.
