— Дориан, госпожа дозорная. — мужчина недовольно процедил сквозь зубы.
— Слышь, мне пофиг, как тебя в сообществе называют. По документам ты Гордей Евсюков, и я к тебе так и буду обращаться. А Дориана оставь для впечатлительных девочек, — затем Лариса окинула взглядом дверь женского туалета, — Кстати о них… Мне тоже показалось, что ты обрабатывал несовершеннолетнюю.
— Она мне свой возраст не говорила… И думаю, мы его уже никогда не узнаем. — затем Дориан в свой тон добавил ещё больше пафоса, — Какое горе!
Усмехнувшись на последок, пожиратель направился к выходу под пристальный взгляд двух дозорных.
“Тоже мне театр одного актёра.” — передал Нинель в общее сознание.
“И не говори! Кстати, Нин, а кто такой Артём Беленький?” — когда Лариса поймала на себе удивлённый взгляд напарницы, девушка добавила, — “Ты его имя, наверное, невольно бросила в наше общее сознание.”
“Один урод из Ярославля. Этот хмырь на пафосе мне его напомнил… Извини, что намусорила этим именем.” — стараясь быть более сосредоточенной, Нинель продолжила обход танцпола.
Подобраться к Ягузовым, которые являлись одной из самой влиятельных династий московского штаба ордена, была задача не из простых. И всё же нужно было с чего-то начинать. И это начало было положено на свадьбе. Благодаря Алисе Свиридовой, Нинель смогла получить приглашение на банкет в честь бракосочетания своей одногруппницы Тамары Периковой, которая приходилась двоюродной сестрой мужу Василиссы Ягузовой.
Впервые в своей жизни Нинель присутствовала на столь большом и пафосном мероприятии, которое проходило в одном из дорогих ресторанов в Барвихе. Гости полностью соответствовали своему статусу родовитых членов ордена: холёные, в дорогих брендах, с гордой осанкой и пафосной доброжелательностью. На их фоне Нинель, конечно же, выделялась: незамысловато уложенные, волосы, минимум макияжа, а также бежевое платье прямого силуэта и прямоугольный клатч, купленные в секонд-хенде.
Простояв десять минут в очереди, Воронцова смогла встретиться с невестой, которая в роскошном платье походила на принцессу, дабы поздравить с бракосочетанием и вручить подарки от себя и Алисы.
— К сожалению, у Алисы не получилось приехать. Служба. — объяснила Нинель отсутствие подруги.
— Ничего. Я понимаю. — Тамара обняла свою бывшую одногруппницу, — Нин… Как она сейчас? После смерти Паши… Скоро будет уже год.
— Алиса сильнее, чем кажется. Я, конечно, могу только догадываться, что испытывает человек от потери любимого, но… Знаешь, Тамара, я буду надеться, что она не пойдёт по стопам своей тёти и встретит однажды нужно человека.
— Надеюсь, будет так.
— Давай не будем о грустном. — Нинель огляделась, — Тут, наверное, вся твоя родня.
— Нет! Не считая моих родителей и братьев, приехали только из Питера и Екатренбурга… И один москвич Андрюха, хотя… Сам Андрюха уже лет так девять другой семье принадлежит.
Затем Тамара молча кивнула в сторону стола с пирамидой шампанского. Андрей Периков — мужчина интеллигентного вида средних лет — слегка трясущимися руками взял два бокала с игристой жидкостью и отдал один из них супруге. По холенной Василиссе Ягузовой можно было сказать, что она, как и многие гостьи на этом празднике, тратит огромное состояние для ухода за собой: хорошая загорелая кожа, волосы, покрашенные в блонд, небольшое количество ботекса в губах, а также дорогая косметика на лице.
— Тамара, — шёпотом обратилась Нинель, — На Андрюхе невидимый поводок?
— О! Метко заметила, Нин! У нас все в семье так думают… А с другой стороны… Василисса наследница своей семьи, поэтому властный мужчина с ней бы долго не продержался. А Андрей очень мягкий. Такая теневая роль ему как раз подходит.
Ещё раз поздравив Тамару, Нинель решила прогуляться по залу. Дойдя до стола со сладкой башней, девушка увидела, как восьмилетняя темноволосая девочка в розовом платье маленькой феи, тянула руки к вершине, пытаясь достать до клубничной крыши.
— Тебе помочь? — спросила Воронцова и после кивка девочки достала клубничную крышу, — Держи!
— Спасибо, тётя…
— Нинель. А как тебя зовут?
— Екатерина! — раздалось строгое женское восклицание.
Василисса Ягузова, подойдя к девочке, строго прищурила глаза. Маленькая Екатерина лишь смущённо потупила взгляд.
— Ты почему ушла из детской комнаты? — спросила женщина.
— Мам, но там та-ак скучно!
— Я надеюсь, сестру ты с собой не увязала?
— Лизка там осталась. С клоуном играет, а мне он не нравится. — надула губки девочка.
— Ясно. — затем тон Василиссы стал более мягким, — Вот тебе тогда задание: найди дедушку. Я хотела ему кое-что показать.
Екатерина обняла маму, которая чмокнула её в макушку. Затем девочка убежала на поиски. Василисса же обратила внимание на Нинель. От не самого приятного оценочного взгляда Воронцова нервно сглотнула.
— Надеюсь, — тон Ягузовой теперь уже был более сдержанным и слегка надменным, — Моя дочь вас не утомила?
— Нет, Василисса Ивановна. — Нинель с трудом натянула улыбку.
— Скажите, пожалуйста, вы со стороны…
