Послания полностью

Евтихий, невежественный ревнитель святотатства, признавая все же во Христе объединение двух природ, [утверждал], что при соединении из двух [природ] сохраняется лишь одна, тогда как другая либо из — за истощания, либо из — за разделения обязательно исчезает. Все это настолько враждебно истинной вере, что нельзя принять этого, не лишившись имени христианина. Ведь если воплощение Слова состоит в соединении Божественной и человеческой природ, а при смыкании двойное становится одинарным, то [получается, что] одна лишь Божественность родилась из чрева Девы, и лишь она одна под мистифицированным видом кормилась пищей и возрастала телесно, так что, лишившись всех телесных проявлений, одна лишь Божественность умерла, одна лишь Божественность была погребена. Если следовать подобным рассуждениям, то уже не остается никакого места для чаемого воскресения, а Христос оказывается вовсе не первенец из мертвых (Кол.1:18), ибо, если не было Того, Кто мог бы стать жертвой, то не было и Того, Кто должен был воскреснуть.

VI. Пусть же, возлюбленные, сердцам вашим будут чужды пагубные вымыслы диавольских наущений, а зная, что вечная Божественность Сына создана без какого — либо прибавления у Отца (1 Ин.1:2), благоразумно усвойте сказанное о природе Адама: Прах ты, и в прах возвратишься (Быт.3:19), тогда как о ней же во Христе говорится: Седи одесную Меня (Пс.109:1). Следуя той природе, в которой Христос равен Отцу, никогда Единородный не был ниже высоты Родителя, и [общая] с Отцом слава не временна у Того, Кто находится в самой деснице Отца, о которой в Исходе говорится: Десница Твоя, Господи, прославилась силою (Исх.15:6); а также Исаией: [Господи!] кто поверил слышанному от нас, и кому открылась мышца Господня? (Ис.53:1).

Воспринятая Сыном Божиим человеческая природа так укоренена в Лице Христа, что [Сын Человеческий] не мог быть без Божественности зачат, без Божественности — родиться, без Божественности — расти. Один и Тот же был и в чудесах, и в унижениях; в человеческой немощи распятый, умерший и погребенный, в Божественном могуществе в третий день воскреснув, взошел на Небеса, сел одесную Бога Отца и, находясь в природе человека, принял от Отца то, что, пребывая в природе Божественности, Сам и даровал.

VII. Размышляя, возлюбленные, благочестивым сердцем о вышесказанном, всегда помните апостольское наставление, как оно, предостерегая всех людей, говорит: Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мiра, а не по Христу; ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно, и вы имеете полноту в Нем (Кол.2:8–10). Не говорит: духовно, но: телесно, чтобы мы постигали истинную сущность плоти там, где есть телесный храм полноты Божественности. Ею непременно преизобилует также и вся Церковь, которая, будучи утверждена Главой, есть тело Христа, живущего и царствующего с Отцом и Святым Духом во веки веков. Аминь.

I. Итак, возлюбленные, [прославление] величия Божественных деяний без сомнения превосходит всякий дар человеческого красноречия, но именно то, что вызывает трудность при разъяснении, призывая не умолчать, приходит нам на помощь, ведь в Иисусе Христе, Сыне Божием, имеем мы дело не только с Божественной сущностью, но также и с человеческой природой, что и подтверждается пророком: …род Его кто изъяснит? (Ис.53:8). Никакое слово не в состоянии изъяснить схождение в одном Лице обеих сущностей — лишь одной вере это под силу. Поэтому всегда недостаточно усилий славящего и всегда есть повод для прославления. Так давайте же возрадуемся как раз тому, что мы не способны до конца прославить это Таинство милосердия, а когда мы не в состоянии изъяснить высоту нашего спасения, то превосходящее нас полагаем благом. Ибо никто не приближается к постижению истины более того, кто, даже весьма преуспев в Божественных делах, понимает, что ему всегда недостает того, к чему он стремится. А тот, кто решил, что уже достиг цели, к которой до этого стремился, как не получил требуемого, так и не оказался достаточно настойчивым в поисках.