Кларк Эштон Смит
ПОСЛАННИК ШАХА
The Shah's Messenger (2004)
Шах запечатал письмо и позвал слугу из соседней комнаты. Слуга вошёл и поклонился так низко, что его длинная борода коснулась пола.
— Ахмет, — молвил шах. — Ты должен спешно доставить это послание Амурату, султану Турции, и привезти мне его ответ. Во что бы то ни стало ты должен вернуться не позднее чем через месяц. Если же нет — ты знаешь, что будет, не хуже меня, — выразительно добавил он.
Ахмет понял его. Чингиз, шах Персии, был человеком, малейшее распоряжение которого должно было быть выполнено в точности, иначе за непослушанием непременно последуют неприятности. И наказание будет немалым — от жестокого битья палками до смерти от мучительных пыток. Ахмет не желал навлечь на себя ни то, ни другое. Кроме того, он обожал своего повелителя.
Он покинул покои Чингиза, три раза глубоко поклонившись в своей самой почтительной манере. Сперва он направился в конюшни, чтобы подготовиться к долгому путешествию. Он выбрал коня, но не самого быстрого, которого смог отыскать. Тот, которого он взял, был небольшим жилистым нетерпеливым животным не более двенадцати ладоней высотой, глубокого чёрного окраса. Этот скакун славился своей выносливостью и, хотя многие кони без труда обгоняли его, ни один не мог продержаться столь же долго. Эта же бестия могла проскакать сотню миль на глотке воде и горстке фиников. Он был чистокровным аравийцем.
Ахмет велел конюхам подготовить его за час, а затем вернулся во дворец, чтобы совершить другие приготовления.
Зайдя в свою комнату, он достал из ларца большую сумму денег и упрятал их в кожаный кошель. Этот кошель он надёжно закрепил на поясе.
В другой, меньший кошель он положил письмо повелителя. Затем он убрал кошель во внутренний карман и принялся зашивать его крепкой бечёвкой.
Сделав это, он снова направился к шаху, получил его благословление в путь, отправился в конюшни, вскочил в седло своего коня, которого в ожидании его удерживали конюхи, и пустился галопом.
Скоро стены Исфахана остались далеко позади. На ночь он остановил Хана на обочине дороги, а затем снова продолжил своё путешествие.
В назначенное время он добрался до Стамбула, турецкой столицы, и передал письмо султану.
Прочитав его, султан написал довольно пространный ответ и вручил его Ахмету.
— Не читай его! — предостерёг Амурат. — Если ты сделаешь это, беда постигнет и тебя самого, и твоего царственного повелителя, шаха.
— Ваша воля священна для меня и будет исполнена, — ответил Ахмет, и удалился с великим любопытством, терзавшим его сердце.
Два часа спустя Стамбул и Босфор скрылись из виду за холмами Рум-Эли, и Ахмет сразу же пустился галопом в обратный путь.
«Какое несчастье может произойти, если я его прочитаю? — размышлял Ахмет. — Без сомнения, от этого не будет никакого вреда. И никто, кроме меня, об этом не узнает».
Но его зарок султану мешал ему вскрыть пакет. Никто другой не смог бы удержаться. Но как он ни боролся с этим изо всех сил, любопытство всё ещё грызло его сердце и, наконец, он решил удовлетворить его.
«Не будет никакого вреда, — заверил он свою растревоженную совесть. — Никто кроме меня не узнает об этом».
Он вытащил письмо из кармана, но не знал, как сломать печать и потом восстановить её так, чтобы вскрытие пакета не обнаружили. Тогда он сунул письмо обратно и некоторое время размышлял.
— Почему бы не скопировать её? — наконец сказал он.
На следующий день в Багдаде он раздобыл воск такого же цвета, как тот, из которого была сделана печать. Затем, с помощью ножа, он удалил печать с письма. Она была круглой формы, без какого-либо оттиска.
Он развернул листы превосходного пергамента, плотно исписанные арабскими письменами. Язык был персидским. Сперва, прежде чем прочитать это, он изучил сами листы. Их было два и исписаны они были только с одной стороны.
Сделав это, он вернулся к самому началу, и прочитал всё письмо. Ниже приводится примерный текст, однако я наполовину сократил его, чтобы уместить его в объём этой истории:
