- Да, сила на моей стороне, - перебил его Юргис, - и бред твой, генерал, я слушать более не намерен. Я привезу тебя в Штаты, хочешь ты того или нет, но привезу. Выполню свою работу качественно, а там пусть шефы решают - нужен ты им или нет. Моя миссия станет законченной.
- Законченной...
Взгляд и ледяной голос заставили Сабониса выхватить пистолет, но Михайлов перехватил его руку, резко дернул к себе, одновременно поворачивая в сторону. В мгно-вение ока Юргис оказался прижатым спиной к Михайлову, горло сдавливала согнутая в локте рука, а висок ощущал прохладную сталь оружия.
Генерал, продолжая удерживать Сабониса, убрал пистолет в карман, нащупал его сотовый и позвонил Суманееву.
ХХ глава
Николай вышел из здания Консульства и как-то посмотрел на мир по-особому, словно сделал глоток свободы. Город представился ему более контрастно и обыкновенные детали, не замечаемые до этого, прорисовывались ясно и четко. Конец зимы в самом разгаре, морозы держались крепко, а солнце уже светило по новому, по-весеннему. Сугробы на улицах совсем почернели от накопленной сажи и других, невидимо оседающих выбросов в атмосферу.
Сабониса вывели в наручниках из здания. Он приостановился около Михайлова.
- Я чувствовал, что ты не тот, чекистская мразь.
Юргис сплюнул по зэковски. "Вот и посидишь, поплюешься", - подумал Михай-лов, но ничего не ответил.
Машина уже ждала его, а водитель выскочил и доложил:
- Товарищ генерал...
- Здравствуй, Дима, - перебил его Михайлов, - домой поедем, домой.
Жизнь продолжалась и уже два других автомобиля сопровождали его машину, новая охрана, которую он видел впервые.
А за городом чистый белоснежный снег, еще не подвяленный солнцем и все оста-валось по-прежнему - деревья, КПП на дороге, коттедж, где его ждали.
Ирина выскочила на улицу без пальто, прямо в платье и тапочках, кинулась на шею любимому, целовала заросшие щетиной щеки, оставляя на них следы своих радост-ных слез.
- Ну, что ты, Ирочка, я же дома... замерзнешь.
Он взял ее на руки, так и занес, словно пушинку, на второй этаж.
- Какой ты колючий, я тебя таким еще не видела, - она гладила его лицо ладонью и колючая борода казалась родной и близкой. - Но все равно мой и любимый. Ты, навер-ное, хочешь есть, - вдруг встрепенулась Ирина, - а я тут к тебе со своими обнимашками?
- Хочу, но позже. Побудем еще немного вместе.
- А там что, за столом, мы не будем вместе?
- Будем, - улыбнулся Николай, - будем, но не то. Душа теплится, когда ты лежишь рядом, прижимаясь своим прекрасным телом, щебечешь ласково, хочется тебя всю выпить или съесть.
- Съешь меня, Коленька, всю съешь и выпей... мой родной и любимый.
Она прилегла к нему на плечо, ладонью водила по груди, иногда раздвигая и сдвигая свои пальцы, словно расчесывая волосы. Ей нравилась это немного поседевшая грудь, нравилось запускать в нее пальцы и теребить волосы. Ее волосы на его груди.
- Если бы мне сказали немного раньше, что я выйду замуж за мужчину старше на двадцать три года, я бы просто усмехнулась и никогда не поверила в это. А сейчас ты мой самый любимый, дорогой и самый молодой мужчина на всем белом свете. Вот как пово-рачивается жизнь...
Ее глаза стали грустными и повлажнели.
- Что ты, Ирочка? - Не понял сразу Николай.
- Ничего, это я так... А что они хотели от тебя?
Николай вздохнул, гладя любимую по спине.
- Я же работаю на оборонку, Ира, мною создано принципиально новое средство защиты. Такое средство, о котором могут писать лишь фантасты в своих книгах, а оно су-ществует в реале. Их разведке стало известно кое-что, совсем немного - вот они и реши-лись меня выкрасть. Да ничего не получилось - руки оказались коротки. Но ты не пере-живай, ничего подобного более не случится.
- Конечно, не переживай, - Ирина приподнялась на локте, глядя в глаза Михайло-ву, - но ведь как-то они узнали, кто-то сдал информацию и за тобой началась охота. Зна-чит, они не успокоятся, будут продолжать другими методами и средствами. Как же мне не переживать?
Николай прижал Ирину к своей груди, ладонью взъерошил волосы.
- Успокойся, родная, все позади. Никто больше не сможет причинить вреда ни те-бе, ни мне. В Лэнгли уйдет сообщение, что полученная ими информация ошибочна. Все уладится и никто за мной охотиться не станет.
- Лэнгли? Это что - ЦРУ?
- Да, это их разведка. И больше не будем об этом, все закончилось.
ХХI глава
Май в этом году выдался промозглым, холодным и дождливым. Уже конец меся-ца, а летнего тепла так и нет. Правда постояло тепло пару дней всего и вот уже вторые сутки льет дождь. Ладно бы дождь, а то с ветром и снег иногда пробрасывает. Но температура держится плюсовая - до одного градуса. Мерзкая погода, хоть и говорят, что у природы ее плохой не бывает. Может - кому-то и такая нравится. Но, наверняка этих людей немного.
Владимир сидел на табурете, поджав под себя ноги и накинув на плечи куртку. Сидел нахохлившись, словно индюк, и ничего не хотел делать. Надо бы завтрак пригото-вить, печку протопить, чтобы согреться, прийти в себя. Но он сидел, тупо уставившись в одну точку еще с вечера.
