Разбросив свое поле по сторонам и убедившись, что никаких других полей, могущих принадлежать биологическим объектам, поблизости не ощущается, Дакк, слегка пригнувшись, нырнул внутрь летательного аппарата и шагнув к уткнувшемуся в лобовое стекло стронгу, тронул его за плечо и едва успел отскочить, так как стронг стремительно повалился в его сторону и застыл на полу в неестественной позе. Дакк вошел ему в голову. Информационное поле стронга чувствовалось ещё уверенно, но его фрагментарность уже приобрела настолько отчетливые формы, что связи между фрагментами почти не просматривались. Какую-то стройную картину из образов информационного поля стронга за короткое время составить навряд ли было возможно.
Оставив мертвого стронга, Дакк повернулся к другому. Глаза стронга были закрыты, но его черты лица явно говорили, что он, молод, да и нарост на его голове был не таким большим, какой был у мертвого стронга. Скорее всего он находился в глубоком шоке. Дакк вошел ему в мозг. Защитное поле стронга вздыбилось и метнулось навстречу чужому психотронному полю, но едва соприкоснувшись с ним, тут же отпрыгнуло, словно обожглось и вяло шевельнувшись, исчезло. Информационное поле стронга предстало перед Дакком, как на ладони. Соблазн был велик и он не выдержал.
Перед Дакком неторопливо поплыли образы сохраненные информационным полем чужого разума. Были среди них и лица, явно пожилых стронгов и молодых, даже мелькнуло несколько женских лиц, вызвавших у Дакка невольное любопытство. Хотя они тоже были совершенно безволосы, но что они женщины, Дакк решил потому, что у них на голове не было нароста и их черты лица были более мягкими: они были более круглолицы, имели более пухлые губы, меньших размеров нос и подбородок, и очень большие, круглые, хотя тоже беззрачковые, глаза. Но большинство лиц составляли все же лица мужского пола в такой же темной одежде, как и на стронге. Было много какой-то непонятной суеты. Появился ряд летательных аппаратов, похожих, как две капли воды на тот, в котором сейчас находился Дакк. Один из них резко увеличился в размере и замелькали затененные образы серых улиц и остроконечных зданий. Несколько раз появлялось лицо мертвого стронга, который, явно, был старше по возрасту, видимо они переглядывались. Он же и управлял этим летательным аппаратом.
Улиц и зданий было очень много и Дакк вскоре устав от их бесконечных смен, решил покинуть информационное поле стронга, как, вдруг, перед ним возникла бесконечная серая стена, в которой появился овальный проем и затем, он вдали увидел свой носитель. Рука старшего стронга начала тыкаться в лобовое стекло и затем в информационном поле шел большой провал.
Что было дальше Дакк знал и выйдя из головы стронга, взял лежавшего на полу стронга за шиворот курточки, оттянул его за кресло и усевшись на его место, решить изучить систему управления летательным аппаратом.
Но к его досаде, никаких признаков системы управления, как он ни старался, найти он был не в состоянии: переднее стекло, хотя и было затенено, но оно было совершенно гладким и как Дакк ни обследовал его своим полем, ничего похожего на признак панели управления найти ему не удалось; ничего не оказалось и на полу перед креслом, никаких, ни информационных, ни энергопотоков обнаружить тоже не удалось; кресло же напротив, казалось было построено из одних энергопотоков различной интенсивности, которые опутывали его словно мелкоячеистой сетью, но все они шли откуда-то из-под пола и поблуждав по ячейкам сети, вновь уходили под пол. Дакк обследовал своим полем и соседнее кресло — картина была аналогичная. Полный досады, он схватился за подлокотники своего кресла и рванул их вверх, словно пытаясь выместить на них свой гнев, но подлокотники остались на месте, лишь чуть скрипнув, словно усмехнувшись чужому бессилию. В то же время Дакк ощутил под одним из пальцев левой руки снизу подлокотника, словно бугорок, и тут же вспомнив о том, как ему удалось открыть дверь летательного аппарата, с силой надавил на него — у него под ногами донесся легкий свист, часть пола ушла в сторону и вверх выскочила стойка, похожая на рыпп летательных аппаратов зевсов, но выглядевшая более массивной. Её верхняя часть была усеяна массой клавиш и индикаторов. Дакк подался к стойке и занялся её изучением.
