Сделав несмелый шаг мне навстречу, эльф поплотнее прижал к лицу платок и, дождавшись, когда мои красные трехсантиметровые ноготки ухватят, словно клювом, бумагу (пришлось изрядно попотеть, сооружая из кусочков картона и алого атласа накладные ногти), как ужаленный отскочил к двери. Видно, зловонное облако стало осваивать новые рубежи.
- Нашли в перечне законов Драгонии, - пояснил Рэй. - Правда, теперь это может и не понадобиться. После твоего появления в тронном зале, кандидатов, боюсь, как ветром сдует.
- Не преувеличивай, - нахмурила я свой алебастровый носик. - Уверена, за обладание властью они и не такое переживут. Хотя… Не будем заранее отчаиваться. Это ведь только начало.
Отмеченный близнецами закон гласил, что если Владыка умирает (если он, конечно, умирает), его супруга (если, конечно, она у него имеется), может выбрать себе второго, третьего и так далее мужа.
- И к чему вся эта галиматья? - оторвала я взгляд от листка и недоуменно уставилась на эльфов.
- Читай дальше, - посоветовал Рэй.
- "Однако правительница имеет право устроить кандидатам испытания любого рода, дабы выбрать достойнейшего из достойных…"
- Нужно было написать, самого стойкого, - хихикнул Стэн.
- Бедные, - пожалел женихов Рэй. - Мне их уже жалко.
- Мне тоже, - согласилась я с другом.
Но ничего не поделаешь, колесо фортуны завертелось… Никто ведь не заставлял их являться в Ирриэтон с нахальными предложениями руки и сердца.
До полудня старалась не попадаться на глаза Волу, иначе бы он самолично прополоскал меня в тазу, смывая боевую раскраску, и применил насилие, стаскивая с меня сногсшибательный (в прямом смысле слова) наряд. Эльфы, как верные стражи, охраняли вход в королевские покои, никого не впуская и не выпуская оттуда.
Дотянули до последнего. Только когда Инэка сообщила, что гости уже приехали и жаждут познакомиться с Владычицей, я покинула свое убежище. Проследовав за близнецами к тронному залу, с удовлетворением заметила в глазах лакеев, распахнувших передо мною двери, нескрываемый ужас.
И чего так шарахаться? И почему не звучат фанфары? Право, не понимаю…
Обычно при моем появлении лишь самые воспитанные придворные замирали в немом почтении, остальные делали вид, что меня не существует в природе.
Но в этот раз все происходило иначе. Тишина стояла такая, что было слышно, как над головой одного из старейшин жужжит муха, готовя на его отполированной макушке плацдарм для посадки. Все безмолвно таращились на меня. Ох, как же красноречивы были их взгляды!
