«Могу ли я представить вашему величеству мистера Хенгиста Вейка, который сопровождал меня в этом путешествии и был не только неоценимым помощником, но яростным и решительным защитником дела Англии».
Королева повернулась к большому рыжеволосому мужчине, стоявшему позади сэра Франсиса.
«Я наслышана о вашей доблести, мистер Вейк, — сказала она. — На самом деле лорд Берлей уже рассказал мне о многих ваших подвигах и приключениях. Поэтому мы решили, что такая преданность и мужество должны быть вознаграждены».
Лейб-гвардеец подал королеве шпагу. Хенгист Вейк встал перед ней на колени, и королева коснулась шпагой его плеча.
«Поднимитесь, сэр Хенгист Вейк!»
В первый раз Лилиан Малверн видела, как человека посвящают в рыцари, но ее больше заинтересовал тот, кто принимал эти почести, чем сама церемония.
Оказалось нетрудно добиться того, чтобы их представили друг другу. Также было несложно побольше разузнать о нем. Он происходил из старого и знатного рода Сомерсетов — его отец был дальним кузеном герцога Девонширского, а мать была из нортумберлендских дворян. В его жилах текла голубая кровь, но он редко говорил об этом и предпочитал, чтобы его ценили за его собственные дела и поступки.
«Кому нужна вся эта субординация, эти китайские церемонии дворцовой жизни?» — сказал он однажды, когда Лилиан Малверн упрекала его за то, что какой-то щеголь, только прибывший в Уайтхолл, прошел впереди него на одном из приемов.
«Мне нужны! — бушевала она. — Я хочу, чтобы ты был важной персоной. Разве ты не понимаешь, что мне нравятся только удачливые люди. Мне не нужны неудачники».
Он смеялся над ней.
«В тот день, когда я стану неудачником, я поселюсь на каком-нибудь милом маленьком островке в Вест-Индии и проведу остаток моей жизни, слушая песни местных девушек. Они совершенно очаровательны, между прочим».
«Ты вернешься», — сказала она самонадеянно, уверенная в своей власти над ним.
Она вздохнула, вспомнив, как была уверена в том, что он любит ее — целиком и полностью. Но когда она уехала в деревню, он не написал ей ни одного письма и не предпринял никаких попыток встретиться.
А она писала ему — длинные, грустные письма, рассказывая, как скучна жизнь в деревне и как ей плохо без него и без придворной жизни. И хотя однажды он прислал ей подарок с одним старым другом, заехавшим в Вилтшир, там не было письма, а только формальная отписка, выражающая надежду на ее хорошее самочувствие и скорое выздоровление мужа.
— Хенгист Вейк! — произнесла она вслух, и ее дыхание чуть участилось. Она задумалась, как часто она шептала это имя, засыпая ночью, а иногда глаза ее были полны слез, потому что после приступов гнева и ярости она плакала от бессилия.
— Я люблю его, — сказала она своему отражению. — Я всегда любила его. Не было еще такого человека, как Хенгист.
Она была достаточно умна и знала, что мужчины ненавидят быть связанными. Однажды, во времена их первого упоения страстью, он сказал ей:
«Я никогда не женюсь. Единственная женщина, на которой я мог бы жениться, уже занята, да к тому же холостяку легче сражаться — он знает, что после него не останется вдова и семья».
Теперь она с раздражением думала, что это был единственный раз, когда он упоминал о браке. Но она заставит его сделать предложение. Это не будет уж очень сложно. И не такие мужчины, как Хенгист Вейк, теряли голову и свободу, когда красивая женщина улыбалась им и оказывала свое расположение.
«Я не должна торопиться, — сказала себе Лилиан. — Пусть все идет своим чередом. Если он поймет, что я хочу заполучить его, — он просто убежит. Ему нравится быть охотником — всегда нравилось. Я должна с умом разыграть карты».
Она на секунду прикрыла глаза, и внутренняя дрожь пробежала по телу.
— Хенгист, Хенгист! — прошептала она. — Я не могу ждать слишком долго.
Открыв глаза, она цинично усмехнулась своим чувствам. Не только ее тело не могло жить без Хенгиста Вейка, но и ее кошелек.
Раздался стук в дверь.
— Кто это? — спросила Лилиан Малверн.
— Мистер Джулиан Кирк, миледи.
— Скажите ему, я сейчас буду, — ответила она.
Она поднялась из-за столика, сознавая, что в своем новом платье, с жемчужинами вокруг длинной шеи, с темными волосами, причесанными по самой последней моде, она выглядит просто захватывающе прекрасно.
Теперь ей следует отделаться от своего безрассудного кавалера. Но почему бы ей не предстать перед ним в последний раз во всей своей красоте, чтобы он навсегда сохранил в душе образ той, которую потерял.
Она взяла платок с туалетного столика и отметила, как изящно смотрятся ее длинные пальцы на фоне тонкого батиста и кружев. Да, без сомнения, правы были многие мужчины, говорившие ей, что каждая линия ее тела совершенна.
«Я должна заказать свой портрет маслом, когда выйду замуж, — подумала Лилиан. — Хенгист может себе позволить лучшего художника в стране».
Она удовлетворенно вздохнула. Приятно было осознавать, что мужчина, за которого она решила выйти замуж, не только очень привлекателен, но и очень богат.
