— Тогда давайте видеться хотя бы раз в день, — предложил лорд Мертон. — Если б вы знали, какой это ад — видеть вас в танцевальном зале или стоящей позади кресла ее величества и не иметь возможности коснуться и сказать, как безгранично люблю вас.
— Вы не должны любить меня так сильно, — сказала Андора.
— Я ничего не могу с этим поделать, — отвечал лорд Мертон. — Андора, вы выйдете за меня замуж? — Она не отвечала, и спустя мгновение он продолжал: — Я не должен был спрашивать вас об этом. Есть причины, по которым моя семья не позволяет мне жениться в настоящее время. Но я знаю, что я не смогу жить без вас. Выйдите за меня замуж тайно, а потом, когда положение в нашем доме изменится, мы расскажем все вашим родителям и моему отцу.
Андора отняла свою руку.
— Я думаю, милорд, — сказала она, — что такое предложение оскорбительно. Я не собираюсь выходить замуж вообще, и, могу вас уверить, тем более я не выйду замуж тайно, без согласия моих родителей.
Лорд Мертон встал и с минуту стоял глядя на реку. Его лицо было бледным, он тяжело дышал. Внезапно он повернулся и упал к ее ногам:
— Если вы только разрешите, я сегодня же ночью поскачу к вашему отцу и буду просить его благословения. Я не могу жить без вас. Если ваш отец даст согласие, я буду говорить с моим отцом и заставлю его согласиться. Мне больше нечего сказать вам.
— Пожалуйста, встаньте, — сказала Андора. — Я очень тронута честью, милорд, которую вы мне оказываете, но я должна подумать. Я ничего не знаю о вас. До этой минуты я даже не знала, что ваш отец жив.
Лорд Мертон глубоко вздохнул и сел рядом с ней.
— Я думал, что кто-нибудь уже рассказал вам, — сказал он. — Мой отец поссорился с лордом Берлеем пятнадцать лет назад по какому-то ничтожному поводу — я даже не помню по какому; он покинул дворец и сказал, что никогда не вернется сюда. И он не вернулся. — Он улыбнулся и снова взял ее за руку. — Мой отец, граф Танет, — продолжал он, — ведет уединенную жизнь в замке нашего поместья. Моя мать уже умерла, все эти годы она болела; она так и не смогла привыкнуть к жизни без роскоши и блеска дворца, она была очень красива, и когда они уединились в это добровольное изгнание, то долго сердилась на отца.
— Какая странная история! — воскликнула Андора.
— Не слишком интересная, — быстро сказал лорд Мертон. — Вот почему я никогда не рассказывал о моих родителях. Кроме того, я единственный сын. Теперь, когда вы знаете все, что только можно знать обо мне, пожалуйста, дайте мне ответ.
— Я не могу, — отвечала Андора. — Вы нравитесь мне. Я думаю, что вы… очень хороший. Но я… я не настолько хорошо знаю вас, чтобы думать о вас как о… — Она колебалась, подыскивая слово.
— О муже? — подсказал лорд Мертон. — О Андора, не заставляйте меня ждать. Не оставляйте меня в этом аду, в котором я нахожусь сейчас. Я хочу, чтобы вы были моей — моей женой, моей любовью.
Он говорил так пылко и страстно, что Андора невольно встала.
— Пожалуйста, милорд, давайте попробуем быть друзьями, — взмолилась она. — Я буду видеться с вами, когда это будет возможно, мы немного лучше узнаем друг друга, но сейчас еще рано говорить о чем-либо большем. Когда я полюблю, если это когда-нибудь случится, — это будет человек, которого я буду любить всю мою жизнь. И не надо торопиться с таким важным решением.
— Вы не знаете, что значит любить, — с отчаянием сказал лорд Мертон.
Он стоял рядом с ней, глядя сверху вниз на ее маленькое личико, поднятое к нему.
— Вы такая маленькая, Андора, — сказал он, — и все же в своих крошечных ручках держите всю мою жизнь, мою единственную надежду на счастье. — Неожиданно он обнял ее. — Любите меня немножко, — сказал он. — Совсем немножко и дайте мне хоть частицу света небесного. Я люблю вас безумно.
В этот момент в нем было что-то возвышенное, и она не протестовала, когда он притянул ее к себе и, склонив свою голову, нашел ее губы. Она не оттолкнула его, не издала ни одного гневного возгласа. Она чувствовала всю страстность его желания, жажду его губ и испытывала только удивление и сострадание к этому беспредельно любящему ее человеку.
— Я люблю вас! О Господи, как я люблю вас, — шептал он, и затем оба внезапно вздрогнули, когда голос позади них саркастически произнес:
— Какая миленькая сцена!
Андора высвободилась из объятий лорда Мертона и обернулась. Сэр Хенгист смотрел на них своими серыми, как сталь, глазами, его рыжие волосы пламенели в солнечных лучах. Ей пришла в голову абсурдная мысль, что это карающий ангел, затем она почувствовала, как алая краска заливает ее щеки, когда он сказал:
— Я уже спасал вас, Андора, от непрошеного внимания джентльмена. Должен ли я снова это сделать?
— Какого черта вы здесь делаете? — сердито спросил лорд Мертон. — Убирайтесь отсюда.
— Ничего не доставило бы мне большего удовольствия, — отвечал сэр Хенгист. — Но мое дело касается не вас, а мисс Блэнд.
— Королева вернулась? — испуганно спросила Андора.
