Алиас умер… И как теперь жить? Герберт сжал задрожавшие губы, неуклюже поднялся на ноги, отряхнул с себя пыль, нашарил в кармане расческу и принялся сосредоточенно приводить в порядок волосы. Гоблинка озадаченно следила за ним.
— В Лабиринте ведь есть проходы в Верхний мир? — глухо спросил Герберт.
— Зачем тебе? Там сейчас встает солнце, ты сгоришь.
Он посмотрел на стремительно светлеющее небо.
— А есть такой портал, чтобы прыгнуть в него?
— А-а, я поняла, — гоблинка склонила голову набок. — Но серебряный кинжал убьет тебя еще быстрее.
— Я не смогу, пусть уж солнце.
— Ну пойдем, — она повела его по каким-то заросшим дорожкам. Отворила дверь в стене и отступила в сторону. — Прыгай.
Герберт еще раз посмотрел в небо, зажмурился и перешагнул порог. Полет был коротким. Он шлепнулся на каменный пол, подняв тучу пыли. Над головой с лязгом опустилась решетка, и послышался тихий смех.
— Обманщица! — вампир всхлипнул. На еще одну попытку его уже не хватит. — Что я тебе сделал?
— Ты сделал меня по-настоящему живой, — гоблинка показалась в просвете двери. — Научил танцевать. А потом вы с Алиасом меня предали.
— Игрейна?! — Герберт вскочил. — Что ты хочешь со мной сделать?
— Скоро узнаешь, а пока посиди в Тупике Забвения, — она улыбнулась, показав острые мелкие зубы. — Кстати, Алиас жив.
Дверь наверху захлопнулась, и в яме стало темно.
Алиас не чувствовал боли. И тела тоже. Он мог только предполагать, что глаза его открыты, потому что видел над собой Джарета.
— Ты за мной? — то ли сказал, то ли подумал некромант.
— За тобой, — кивнул король гоблинов. — Пора возвращаться, Алиас.
Драккони застонал, разом ощутив все свои раны.
— Жить больно, — философски сказал Джарет. — Но держать тебя и дальше в забытьи уже опасно.
— Да и незачем, — прозвучал за его спиной знакомый женский голос. — Джарет, это, конечно, твой замок, но целители работают наедине с пациентом. Так что со всей почтительностью прошу тебя удалиться.
— Зачем ты ее позвал?
Джарет усмехнулся.
— Я решил, что это станет для тебя дополнительным стимулом быстрее выздоравливать. И еще вот это, — он помахал перед Алиасом серебряным хлыстом, — Отдам, когда сумеешь подняться.
И король гоблинов исчез. Драккони с усилием повернул голову. Он лежал на кровати в гостевой комнате замка. Пепельноволосая эльфийка расставляла на низком столике баночки и флаконы из непрозрачного стекла. Она подняла на некроманта фиалковые глаза и улыбнулась.
— Все возвращается на круги своя, правда, Алиас?
Идея взлететь и поднять решетку провалилась. Способность летать сгинула в его внутренней пустоте. Неужели навсегда? Вампир осмотрел свою тюрьму. Паутина, какой-то хлам, неопределяемый под вековым, не меньше, слоем пыли. И ни малейшего намека на потайной ход. Он сел на лежавшую на полу дверь. Ну хоть какой-то выход здесь должен быть? Тупик Забвения — это звучало зловеще. Он поерзал, устраиваясь поудобнее, и вдруг заметил, что дверь, в отличии от всего остального, чистая, словно ее регулярно протирали от пыли. Герберт вскочил, поднял дверь, но под ней обнаружился всё тот же каменный пол. Вампир с досадой топнул и прислонил дверь к стене. Раздался щелчок. Герберт дернул дверь за ручку. Она отворилась, и на него вывалилась куча хлама. Какие-то облысевшие щетки, дырявые ведра, одервеневшие тряпки… Герберт захлопнул дверь с такой силой, что она отвалилась от стены. И тут он заметил еще одну странность — ручки двери были разные. Герберт перевернул дверь и снова прислонил ее к стене. Осторожно открыл. Из проема хлынул свет. Теперь дверь вела в колодец, уходивший вертикально вверх. Между камней были вбиты скобы. Герберт поднимался не спеша, проверяя каждую скобу, в ожидании подвоха. Но на поверхность он выбрался благополучно. Отряхнулся, щурясь от яркого света.
— Ты чересчур шустрый, Берти.
Герберт подпрыгнул и обернулся. Король гоблинов сидел на стене, поджав под себя одну ногу и перекатывал с ладони на ладонь прозрачную сферу.
— Даже потеряв свой талант, ты умудрился выбраться из ловушки. Признаю, Алиас научил тебя думать.
Герберт сглотнул. Так вот что означает эта пустота внутри него.
— Алиас правда жив? — с надеждой спросил он.
— Да, с ним сейчас одна из лучших целительниц Подземелья, — Джарет прищурился. — Рассказывай, Берти. Честно и откровенно. Хотя нет, лучше я сам посмотрю.
Герберт отскочил, когда Джарет спрыгнул со стены.
— Стой! — король гоблинов щелкнул пальцами и поднес к глазам замершего вампира сферу. — Смотри и вспоминай.
Вспоминать очень не хотелось. Но от желаний Герберта уже ничего на зависело. Ему пришлось заново пережить всё — от осмотра замка фон Кролока до схватки на дороге.
— Понятно, — Джарет убрал кристалл. — И что мне теперь с тобой делать, м-м-м? Алиас тебя не простит, я его знаю. А мне ты больше не нужен. Сила Лабиринта сожгла твои способности. Увы, как инструмент ты сломан.
Нужно было что-то делать — бежать, умолять, торговаться, но Герберт молчал, зачарованно глядя в пронзительно-голубые глаза короля гоблинов. Горло перехватил спазм.
