- Ангельские трубы*, - отвечаю я, прекрасно зная, что это ему ни о чем не говорит.
(*Бругмамнсия древовимдная, или Бругмансия древесная (лат.
Brugmansia candida) — вид тропических растений рода Бругмансия
семейства Пасленовые
(Solanaceae), небольшие деревья и кустарники, известные прежде всего содержанием психоактивных веществ
. В литературе растение упоминается также под многими другими названиями: англ.
Tree Datura (Дурманное дерево, Древесный дурман), англ.
Angels trumpet (Ангельские трубы), англ.
Tree of the Evil Eagle, Brug, Hua-cacachu, исп.
Toй, Шипибо
Canachiari.)
- ЧТО ЭТА ФИГНЯ ДЕЛАЕТ? - слова Майлса будто четыре маленьких кинжала буравят мой череп. Я закрываю рукой лоб. Прекращай думать о нем, как о парне. Он твой водитель. Твой оракул. И не более. Я опускаю руку и поднимаю подбородок. Мне пришлось его использовать - у меня не было другого выбора.
- Это наркотик, но в нужной пропорции, как это было вчера вечером, он действует как успокоительное.
- Ты меня накачала. - Майлс охает, будто кто-то дал ему под дых. Боль искажает его лицо.
Я собираюсь с духом. Я ведь правильно поступила.
- Я сделала то, что нужно было сделать.
- Может, нужно было меня сначала спросить? - говорит он, и, похоже, все еще пытается переварить услышанное. Словно не может в это поверить. Будто я его здесь разыгрываю.
- Ты бы не согласился, - возражаю я и скрещиваю руки на груди. Я стараюсь, чтобы мой голос прозвучал как можно сдержаннее. - С чего бы тебе соглашаться, если ты так и не поверил ни единому моему слову?
Майлс смотрит на меня, словно не верит своим ушам, а его руки прямо дрожат от переизбытка эмоций.
- Все потому, что ты ЧОКНУТАЯ! - выкрикивает он. - Я не говорю, что это твоя вина. Тебе просто промыли мозги. Но Джуно, ради бога, не существует никакой Йары и нет у тебя никаких магических способностей!
Его лицо искажено от гнева.
- Но твоя вина в том, что прошлой ночью ты опоила меня самодельным наркотиком, без моего ведома. Все из-за твоего сумасшедшего бреда. В чае что, и афродизиак тоже был? Потому что я быстрее поцеловал бы блохастую ворону, чем такую ненормальную, как ты. Я не могу ехать с тобой дальше. С меня хватит! - выкрикивает он и резким движением вонзает карандаш в атлас так сильно, что тот ломается пополам. Затем, развернувшись, направляется к машине.
Его слова проносятся, словно ураганный порыв ветра, ударяя меня прямо в лицо, прежде чем, обогнув меня, раствориться. Неважно. Потому что я смотрю во все глаза на карту, где грубая черта графита обозначила место, в котором река Снейк* пересекает Айдахо прямо на север от Большого Соленого озера.
Я сгребаю атлас и бегу к машине.
(*snake [sneɪk] (англ.) - змея).
МАЙЛС
Я на автопилоте. Я стоял напротив нее и слушал, как она признается, что накачала меня наркотиками и использовала в качестве куклы вуду, а у самого было чувство, будто меня пырнули ножом. Но мне хватило одного взгляда на ее самоуверенное выражение лица, чтобы прижечь эту рану по-живому. До этого момента у меня еще был недоработанный план уболтать Джуно ехать со мной в Калифорнию. От которого я, кстати, сам себя почти отговорил. И зачем могла понадобиться папе эта чокнутая девчонка?
Но я уже принял решение и мне плевать, зачем она ему. Я просто сдам ее отцу.
Я позволяю ей командовать, сворачивая по ее указаниям на каждую проселочную дорогу в низинном Айдахо, избегая автомагистралей вблизи реки Снейк. Каждый раз ей приходится перекрикивать радио, которое я врубил на полную катушку, чтобы оно заглушало любые другие звуки.
Мы едем семь часов, пока вокруг нас не опускается голубая дымка сумерек, а силуэты деревьев не начинают казаться вырезанными из черного картона. Впереди переливается неоновая вывеска: «МОТЕЛЬ И БАР ЭЛЬДОРАДО». Я выключаю радио.
- Мы останавливаемся здесь, - сообщаю я, и Джуно не возражает.
Я въезжаю на парковку, где стоит только два полуприцепа и грузовик, и занимаю место напротив конторы. Тощий мужик с волосами, зачесанными на лысину цвета горчицы, берет у меня кредитную карту и дает ключи от комнат 3 и 5. Черта с два я буду спать с ней в одной комнате.
Я возвращаюсь к машине, где Джуно выгружает свой рюкзак из багажника и останавливаюсь, наблюдая через окно, как в соседнем здании пара дальнобойщиков уплетает ужин.
- Твоя комната, - я протягиваю ей ключи, даже не глядя в ее сторону.
Я вытаскиваю свой чемодан и захлопываю багажник, полностью игнорируя Джуно. Она все еще торчит у машины, как будто не знает, как ей найти в отеле комнату с огромной цифрой «3» на двери. Ну и пускай стоит, обойдется без моих услуг. Я вваливаюсь в пятый номер, бросаю чемодан на цветастое покрывало кровати и поднимаю телефонную трубку, стараясь не замечать запах приторного ванильного освежителя в воздухе. Гудков нет. Кто бы сомневался.
Я бросаю трубку, захлопываю за собой дверь и топаю к конторе, где лысеющий мужик смотрит родео по допотопному черно-белому ящику. - Телефон в комнате не работает, - говорю я.
- Телефонный автомат за баром, - флегматично отзывается тот, кивая головой в сторону дальнего угла парковки.
