Комиссия обратилась к трем национальным авиаперевозчикам, двое из которых отказались участвовать в перевозке афганцев в Мекку, мотивировав это недостатком самолетов. В результате перевозку выполняла лишь одна национальная авиакомпания «Кам Эйр». Посольство Афганистана в Абу-Даби направило компании Casco уведомление о том, что контракт с ней аннулирован ввиду ее неспособности выполнить свои обязательства. Однако вместо того чтобы вернуть деньги, эта компания, наоборот, потребовала от афганской стороны выплатить ей неустойку в размере 3,5 миллиона долларов. Эти средства вернуть в казну не удалось. В своем открытом письме Спанта подчеркивал, что МИД республики ни в коей мере не причастен ни к подписанию контракта со злосчастной арабской туристической компанией, ни к переводу каких-либо средств на ее счета. Однако заместитель генпрокурора уже возбудил в отношении Спанты дело о коррупции, в котором пытался обвинить его в причастности к афере.
Спанту, конечно, Карзай в обиду не дал и приказал дело закрыть. И тогда, восприняв этот шаг президента как призыв к действию, 17 высокопоставленных чиновников — действующих и экс-министров, обвиненных в коррупции, стали строчить жалобы главе государства на произвол генерального прокурора. Дело дошло до того, что заместитель генерального прокурора Факиръяр подал прошение об отставке, за день до которой на закрытом от прессы заседании нижней палаты парламента ознакомил народных избранников с «коррупционным» списком. В адрес Факиръяра поступило официальное заявление Генпрокуратуры, в котором говорилось, что информация, озвученная им на заседании, являлась личным мнением замгенпрокурора и носила безответственный характер. За эти заявления, отмечалось в сообщении, замгенпрокурора должен был нести личную ответственность.
Коррумпированные афганские государственные деятели держали не только слаженную пассивную оборону, но и нападали. Так, полиция по негласному приказу одного из влиятельнейших чиновников учинила погром в студии афганского частного телеканала «Нурин», обвинившего некоторых членов правительства и парламентариев в коррупции. Поздно вечером стражи порядка ворвались в студию телеканала, разбили дорогостоящую аппаратуру, нанеся телекомпании серьезный материальный ущерб, и арестовали ведущего программы, который в прямом эфире выступал с жесткой критикой в адрес некоторых членов правительства и парламента, обвинял их в коррупции, в частности в незаконном присвоении земель в престижных районах Кабула.
Работавшие в афганских проектах иностранные организации быстро сообразили, что погрязшие в коррупции афганские чиновники, вину которых было трудно доказать ввиду круговой поруки и которых нельзя было наказать из-за использования высшими эшелонами власти административного ресурса, вскоре «переведут стрелки» на них самих. Первым «опомнилось» Агентство международного развития США, обвинившее ООН в том, что та будто бы попусту тратит американские деньги в Афганистане. Предметом обвинений стал грант агентства на сумму 25 миллионов долларов, переданный ООН на осуществление в 2003–2006 годах программы развития инфраструктуры, призванной дать «быструю отдачу». Проверяя использование этих средств, американские специалисты пришли к выводу, что ООН отвлекала деньги на другие страны, чинила препятствия попыткам США разобраться в происшедшем, а также строила «вообще непонятно что». В качестве примера в докладе USAID приводились «построенные» в Афганистане здание Центробанка без электричества и мост, который грозил обрушиться с риском для жизни людей.
Конференция по борьбе с коррупцией, прошедшая позже в Кабуле, была чисто формальным мероприятием и не принесла ее участникам ни морального удовлетворения, ни положительных эмоций. Карзай на ней заявил, что деньги, выделяемые Афганистану на развитие экономики, оседают в основном в карманах крупных зарубежных контракторов, которых международное сообщество само и нанимает для осуществления своих программ в Афганистане. По данным афганского Минфина, за последние девять лет через афганский бюджет прошло не более 20 процентов средств, выделенных стране в качестве грантовой помощи, все остальные средства освоили сами представители международного сообщества. Памятуя тот факт, что месть — это блюдо, которое подается к столу холодным, участники форума затаили злобу на Карзая с тем, чтобы уже через несколько месяцев открыть миру факты «коррупции по-афгански» и обнародовать аферу с пропажей миллиарда долларов в Kabul Bank.
