После письменности полностью

Его глаза расширяются при втде Чарли и приближающейся стены огня; позабытый пистолет свисает из его опущенной руки.

С точки зрения Дойча

Чарли атакует его по коридору, прижимая обрез к груди. Языки пламени мчастся вместе с ним.

Он вопит:

ЧАРЛИ

ГЛЯДИТЕ НА МЕНЯ! Я ПОКАЖУ ВАМ ЖИЗНЬ РАЗУМА! Я ПОКАЖУ ВАМ ЖИЗНЬ РАЗУМА!

Джоэл и Этан Коэн, Бартон Финк (1991)

02.

Human Body Exhibition, вроде как, пользуется в Кракове столь большим успехом, что ее работу пришлось продлить еще на несколько месяцев. Это выставка человеческого тела, разделенного на части, слои и подсистемы биологической машины, в том стремлении редукции до органической машинерии, которая иногда перескакивает на сторону высвобождающегося турпизма[2]: когда мы сдерживаем нервный смешок при виде обнаженной славы и мерзости мышцы или кости, которые ты чувствуешь как раз под собственной шкурой.

Я вижу, как, особенно у детей, эта выставка порождает небывалую увлеченность. Достаточно в трамвае или автобусе мелькнуть ее рекламе, и школьная детвора оживляется, ребята (в основном, ребята) обмениваются снимками и роликами, они подкалывают друг друга рассказами-ужастями, углубляются в гиперреалистичные рассуждения о никогда не выражаемых в их языке экстремумах биологии; о смерти, о рождении, переваривании, экскрециях, копуляции, о смерти, разложении и могиле.

После чего они выключаются из мира материи, и заново их поглощают смартфоны, эсэмэски, игры.

03.

Говорит зомби[3]

Покрывшись тату под живого трупа и украсившись плотоядными паразитами, Zombie Boy, скорее, не боится смерти или червяков; но мир уже не будет таким, когда он оно сотворило из своей кожи холст для образов жизни после смерти.

Это интервью с зомби, поскольку он сам себя так называет; со стильным зомби.

В: Чьей было идеей трансформироваться в зомби?

О: Ммм, то ли моей бабки, то ли почтальона – подробности той вечерушки с раздеванием уже как-то размылись у меня в памяти.

В: А не пугало ли тебя то, что ты сделал с собой и своим телом?

О: Никогда! Я пахал десять лет, чтобы достичь этой цели, под иглой и ножом; под крышей, Солнце и Луной, это мой жизненный шанс.

В: Чувствуешь ли ты себя более человечным, открытым, показывающим свое нутро миру?

О: Говоря откровенно, для меня это просто чернила. Как краска на картинах. Разве вы обязаны были бы испытывать иррациональный страх перед художественным творчеством? Скорее, я чувствую, что меня это развивает, а не ослабляет.

В: О чем ты рассказываешь своим искусством?

О: Об анархии. Я анархист, это воззвание к революции. Первыойстадией революции всегда является отрицание. Ну а явиться мертвым, когда ты живой – это противится уже самим законам природы.

Рик Дженест он же Zombie Boy с девятнадцатого года жизни работает над татуировкой, представляющей внутренности его разлагающегося тела; татуировка покрывает уже более 80% поверхности его кожи.

До настоящего времени Zombie Boy стал лицом концерна L'Oreal, линии модной одежды Jay-Z, он выступил в видеоклипе Леди Гага, в фильме "47 ронинов" наряду с Киану Ривсом и на многочисленных показах моды в качестве модели[4].

04.

В 2012 году в "Cultural Studies Review" появилось эссе Джона Фроу (John Frow) "Avatar, Identification, Pornography". Фроу сопоставляет в нем два наиболее важных выражения отношения человека к телу в настоящем: компьютерные аватары и порнографию.

Первым условием вхождения в какой-либо текст культуры является отождествление. "Без пробуждения заинтересованности персонажем, который каким-то образом напоминает нам нас, мы не будем столь глубоко ангажированы в процесс чтения". Фроу подразумевает, что это же относится и к дискурсивным нарративам, даже исключительно абстрактным, где, на первый взгляд, не с кем/чем отождествлять себя.

Популяризация компьютерных аватаров приводит к тому, что теперь гораздо легче ввести в массовое обращение более точные языки описания данных отношений. Необходимо разделить понятие тела на, как минимум, три инстанции: на физическое тело, тело виртуальное и тело феноменальное. Последнее соотносится с нашим представлением-восприятием тела, с "ментальной картой тела", построенной из субъективного его восприятия, в традиции Мерло-Понти.

СЧАСТЛИВЧИКИ, ВОЗДЕЛЫВАЮЩИЕ СКУКУ

"Труд в капиталистическом обществе является причиной умственного и физического недоразвития"[5], писал в 1883 году Поль Лафарг, зять Марка, обладающий горячей кровью креол с Кубы.

С 1870 до 2000 года среднее значение рабочего времени в таких странах как Соединенные Штаты, Франция или Великобритания снизилось с семидесяти часов до чуть ли не тридцати.