На первом этаже дома распахнулось окно. Насколько Салливан помнил после своего визита поздней ночью, там располагалась уютная гостиная. Однако это не имело значения, так как леди Изабель, с распущенными по плечам белокурыми волосами, напоминающими мягкие золотые нити, сделала ему знак приблизиться.
– Доброе утро, миледи, – проговорил он, приподнимая промокшую шляпу с влажных волос.
Ее взгляд быстро опустился к его рту.
– Знаете, вам не нужно было приезжать этим утром.
– Это всего лишь дождь. И животному, начавшему тренировки, не слишком хорошо пропускать день занятий.
– Вы очень преданны своему делу.
Салливан улыбнулся.
– Вы там одна?
– Да.
– Тогда я выполняю условия моего шантажа. Но не думаю, что вы рискнете выбраться сюда, чтобы сделать то другое дело.
– Другое дело?
– Касающееся обмена секретами. Или информацией, так как вы утверждаете, что у вас их нет.
– Я не собираюсь выходить в такую погоду, – возразила девушка, с преувеличенным ужасом указывая на улицу. – Я простужусь до смерти!
На мгновение Салливан задумался, чего она боится больше: погоды или погладить лошадь. Затем Изабель перевела взгляд ему за спину, туда, где Зефир ржала и пританцовывала в луже, вскидывая голову. Ага. Значит, определенно, лошадь.
– И что такого забавного в том, что я подхвачу простуду, мистер Уоринг? – требовательно спросила она.
Он и не осознавал, что улыбается.
– Мои извинения. Я не ожидал, что ваша решимость докопаться до самой глубины… хм, моей персоны, может быть так легко подмочена, – сымпровизировал Уоринг.
– Она не подмочена. Просто отложена. И я буду наблюдать за вами из окна, так что не думайте совершить что-то безнаказанно.
Салливан склонил голову.
– Я и не думал о том, чтобы плохо вести себя, милая. Тем более без вас.
Пока Изабель в тепле и сухости сидела у окна, потягивая, судя по запаху, мятный чай, он заставил Зефир двигаться по кругу, сначала по часовой стрелке, а затем в другую сторону. Салливан изо всех сил старался сконцентрироваться, но каждая его клеточка знала, что она наблюдает за ним. От этого у него учащалось дыхание, и вставали дыбом волоски на предплечьях.
– Когда я поеду на ней верхом, – крикнула девушка через окно, – то Зефир сможет бежать только по кругу?
– Она также сможет выписывать восьмерку, – ответил он через плечо, пытаясь игнорировать ее замечания во всех остальных отношениях. Однако намного легче было игнорировать дождь.
– Как она научится ходить в узде, когда вы повсюду тянете ее?
– Вы углубляли свои знания о методике тренировки лошадей? – спросил он, разрываясь между раздражением и весельем. Уоринг сомневался, что она задавала бы такие вопросы, если бы стояла рядом с ним. Если бы это на самом деле было так, то он мог бы испытать искушение забросить Изабель на спину лошади – любой лошади – и посмотреть, как бы она справилась.
– Да, я читала, – ответила она. – Филлип дал мне книгу.
– Тогда, возможно, вы захотите выйти сюда и найти применение вашему чтение на практике.
– Только не под дождем, мистер Уоринг. Ради всего святого.
– Тпру, Зефир. – Как только кобыла остановилась, Салливан снова повернулся лицом к дому. – Просто имейте в виду, миледи, что я могу дотянуться до вас через это окно.
– О да, я припоминаю. Вы очень хорошо карабкаетесь через окна.
– К счастью для вас, или вы застряли бы здесь, и вам некого было бы изводить.
– К несчастью для вас, потому что вы действовали настолько неумело, что попались.
С него хватит. Он уронил повод и через грязь зашагал к окну. Когда Салливан добрался до окна, Изабель с едва слышным смешком высунулась наружу и закрыла его, заперев задвижку прежде, чем он смог сунуть пальцы под раму и снова открыть его. Девушка помахала ему из безопасного места позади стекла.
Он сердито посмотрел на нее, а затем вернулся к работе. Закрыв это окно, она совершила самый разумный поступок с тех пор, как они встретились. Вероятнее всего, он угрожал не ее безопасности. А ее добродетели.
– Тибби, тебе не подобает смотреть в окно на странных мужчин.
Изабель на самом деле подпрыгнула, когда ее мать, с вышиванием в руках, вошла в гостиную.
– Он не странный мужчина, – ответила она, снова глядя на Салливана, когда Зефир грациозно описала круг около него. – Я наняла его, и пытаюсь удостовериться, что он выполняет свои обязанности.
Леди Дэршир присоединилась к дочери у окна.
– Мистер Салливан Уоринг очень привлекательно выглядит под дождем, – через некоторое время произнесла она.
– Мама!
Ее матушка со смешком уселась в кресло рядом с потрескивающим огнем.
– Я когда-то была молода, – заметила она. – Я помню, каково это: восхищаться красивой, подтянутой фигурой и горящими голубыми глазами.
– У него глаза зеленые, – поправила Изабель, а затем покраснела, когда осознала, что ее мать уставилась на нее. – Они очень заметны.
– Твой отец рассказал мне, кем предположительно является мистер Уоринг. Прошлой ночью. Полагаю, он принял во внимание, что, так как мистер Уоринг проводит здесь время, а лорд Тилден наносит тебе визиты, то мне лучше знать о том, что их связывает. Ты тоже осведомлена об этом, как он сказал.
Изабель кивнула.
