В подтверждение, я услышала и его спокойный, уверенный голос:
Где-то далеко раздался истеричный смех.
Я упала в кресло, стоящее прямо передо мной, и закрыв глаза, попыталась сосредоточиться на голосах.
Вот это поворот: либо я сошла с ума и слышу то, чего нет, либо моему сознанию расстояние теперь не помеха…
Темнота под веками быстро сменилась трепещущим светом, и я оказалась в небольшом кабинете, где прямо передо мной находились Зарая и Ираминда.
Зарая была великолепна в своей непоколебимой женственности. Легкие, струящиеся полупрозрачные одежды, копна золотистых волос, идеальный овал лица и огромные черные глаза. Она сидела у камина и гладила обомлевшую сиамскую кошку.
Ираминда устроилась за письменным дубовым столом, в белой строгой рубашке и узких мужского покроя брюках. Ее светлые, почти пепельные короткие волосы были зачесаны назад и закреплены узким гребнем. Она скользнула холодными голубыми глазами по сидевшему на диване Профессору, и стоявшему рядом с ним Тилю.
— Кто ты такой, чтобы подвергать сомнению наше решение? — голос Ираминды был низким и несдержанным, — Ты даже не бессмертный…
Услышав это, Зарая подошла к Профессору и заглянула ему в глаза.
— Ираминда, милая… Может, мы подарим ему возможность говорить с нами на равных? — она плотоядно посмотрела на ауру Профессора, — А еще лучше, оставим у себя вот этого красавчика…
Зарая неожиданно схватила Тиля за руку и заставила его подойти ближе.
— …Да, ты много видел… Половину тысячелетия только и наблюдал. Останься. Будешь править с нами, у нас освободилось место советника.
— Нет! — задохнулась я, — Тиль!
Но меня никто не слышал. Тогда я попробовала схватить Тиля за руку, но моя ладонь прошла сквозь него.
Меня здесь нет… Мое тело осталось в кресле, в отеле… Я могу только слушать.
— Спасибо за приглашение, — спокойно ответил Тиль, — но ограничусь сегодняшним моим социальным положением. Я не стремлюсь к власти.
— Как знать… Как знать, — Зарая отпустила его и вернулась в кресло, согнав с него кошку.
— Что вы собираетесь делать с Андреем? — Профессор продолжил наступление. — Он ведь служил Ордену много лет, где же благодарность…
Ираминда холодно взглянула на Профессора.
— Мы собираемся восстановить справедливость. Андрей скоро станет тем, кем должен быть и вернется на службу. Его судьба быть ситалитом на службе Коренов. Никто и никогда не узнает, что несколько месяцев он был человечишкой. А затем будет суд.
Профессор сжал кулаки, усмиряя свой гнев.
— Вы снова запустили процесс мутации?
— Да, — с издевкой вмешалась Зарая, — осталось пару часов, и он снова займет свое место в строю.
— Андрей может не выдержать… — процедил Профессор.
— Куда он денется, — отрезала Ираминда, — Кстати, где это ваша Кира? Почему не приехала «спасать» своего создателя?
Тиль ответил раньше, чем Профессор:
— Она в Центре, кто-то же должен был остаться за главного.
— Ах, ну да… — Ираминда явно почувствовала неладное, — Передайте, что Корэны желают ее видеть ближайшее время. Она проявила себя как истинный хладнокровный ситалит за время службы. Мы хотели бы предложить Кире новую должность в Ордене.
— Я передам, — вмешался Профессор, — Но вы же знаете, она не согласится. Кире не нужны регалии, она просто делает свое дело…
Ираминда с глухим стуком поставила на стол чернильницу, и приложив больше силы чем следовало, расколола ее на части. Тушь растеклась по столу, но она не обратила на это внимания и процедила:
— Чтобы завтра же она была в Варшаве!
Я попятилась назад, и беспрепятственно протаранив стену спиной, оказалась в темном коридоре. В конце узкого прохода, я увидела Глеба. Он задумчиво стоял у одной из множества картин на стене и ждал друзей. Мимо него пробежал молодой ситалит, и постучав, вошел в кабинет Корэнов. Я вернулась за ним, дослушать разговор. Парень, оказавшись в комнате, покосился на посетителей и вопросительно глянул на девушек. Ираминда кивком позволила ему говорить и тот произнес:
— Он не выдержал.
Только не это… Мне стало трудно дышать, я схватилась за горло и принялась судорожно глотать воздух.
— Мутация убила Андрея…
Ираминда усмехнулась:
— Что ж, смерть, по-моему, приемлемая плата за бессмертие…
Последний воздух вырвался из моей груди в истошном крике отчаяния, и я оказалась в номере отеля. Одна. Вся мокрая, едва перебирая ногами, я доковыляла до ванной, и включив холодную воду, принялась плескать ее себе в лицо.
Я знала, что все это случилось на самом деле. Это отнюдь не сон, я сама была в резиденции Коренов, с Профессором, Тилем и Глебом. Мое сознание научилось обходиться без тела. И это объясняло странность моего генома.
— Андрей умер… — я повторила это вслух, но не могла поверить в жестокие слова, — Андрей умер…
Перед глазами замелькали дни, проведенные вместе с ним в спортзале, на зачистках, во время отдыха. Всегда одно и то же серьезное, озабоченное лицо… Он был слишком ответственным и честным. Он был моей семьей… Уже просто был…
