–Не знаю. Нет плана… Надо будет встретиться с шаманом и поговорить с ним по поводу этого всего. А так надо как-нибудь сблизится с местными. Короче, Гриш, встретишься с Иваном, скажешь ему, что я на него очень злюсь, а ещё передашь, чтобы он сказал солдатам, чтобы те всеми силами пытались помочь местным и втереться в доверие. Надо, чтобы нас любили. А то опять получится как в Иркутске. Блин, лучше бы я этого не вспоминал. Надо было весь город сжечь, нахрен…
–Мы свободны?
–Ты можешь идти, а Кэтсуми пусть останется. У меня с ней есть кое-какие дела…
–Так точно!
Чернов хотел выйти из комнаты, но, неожиданно, дверь перед ним открылась и в комнату вошёл улыбающийся вождь. Он подошёл к Коновалову, обнял его и сказал:
–По традиции наших отцов, дедов и прадедов всех новоприбывших гостей надо пригласить на пир. Спускайтесь, мои люди уже всем вашим солдатам столы накрыли и пригласили их к себе домой.
–Вы серьёзно?– недоверчиво спросил Алексей.
–Конечно. Это наши святые традиции. Их нельзя нарушать, а то духи покарают. Сам останься голодным, а гостя накорми и напои! Это заповедь, данная предками. Так что спускайтесь вниз, я надеюсь вам очень понравится.
–Спасибо. Не ожидал. Мне очень приятно. Мы сейчас спустимся.
–Я жду вас,– сказал старик и медленно вышел из комнаты Коновалова и его помощников.
Глава 3. Жаркая ночь.
Коновалов вместе со своими помощниками спустился на первый этаж, где уже накрыли столы, за которыми сидели его солдаты, весело разговаривали, шутили и ели вяленое мясо. На против солдат сидели местные мужчины, они пытались всеми способами поднять гостям настроение, рассказывали истории из жизни, спрашивали про Владивосток и другие «неизведанные» земли.
Коновалов недоверчиво посмотрел на Кэтсуми и спросил:
–Ты им веришь? Вдруг это ловушка, сейчас потравят, а потом самих на вяленное мясо пустят. Кстати, чьё оно? Может быть к ним уже гости как-то зашли?
–Лёша, я всё понимаю, но ты слишком недоверчив. По-моему, весьма милые и приятные люди. Особенно их вождь. Милейший старичок.
–Алексей Андреевич, по-моему, вы действительно преувеличиваете. Если бы они хотели нам что-то сделать, то непременно бы уже сделали. Им ничего не стоило убить нас, когда мы пришли к ним с заложником. А остальных прирезать по-тихому ночью, или вообще Хозяина своего натравить.
–Гриш, я всё понимаю, но и ты меня пойми. Вдруг это какие-нибудь извращенцы, каннибалы или оккультисты? Сам ведь помнишь, что случилось в Иркутске.
–В Иркутске всё было по-другому. Нас никто не кормил, не сажал за стол. На нас сразу же напали.
–Не знаю я… Не знаю. Ладно, придётся довериться вашему чутью. Но мне здесь не нравится абсолютно всё. Вот, вспомните ещё мои слова. Со всеми местными что-то не то. Кстати, где шаман, судя по всему, он тут второе лицо, а его мы до сих пор не видели?
–Пойдём уже, а то еда стынет,– весело сказала Кэтсуми и села за стол, после чего возле неё разместились Чернов и Коновалов.
На столе стояла тарелка с мочёными яблоками и солёными огурцами, возле неё- ломти вяленого мяса, чан с пивом и бутылка вина. Перед каждым из гостей стояла тарелка, в которой лежал большой кусок жаренного мяса, квашенная капуста и отварной картофель с укропом и кинзой.
Чернов улыбнулся: он уже неделю не ел ничего кроме разогретых консервов. Мясо обладало специфическим привкусом и странным запахом, но при этом не было несвежим, а на вкус было очень даже приятным.
В этот момент к гостям подошёл Дмитрий- тот самый толстый молодой командир, с которым они вели переговоры сегодня утром.
Он сел напротив, налил себе пива, почти целиком заглотил яблоко и, улыбаясь, спросил:
–Ну как вам у нас?
–Отлично. Я, честно говоря, не ожидал такого гостеприимства. Спасибо,– ответил Григорий.
–А вы всех гостей так кормите?– недоверчиво спросил Коновалов.
–Да. Всех, кто приходит с миром. Хотя люди к нам приходят, мягко говоря, очень редко.
–А не слишком это дорого? У вас, я так понимаю, ресурсы не бесконечные.
–Нам помогают духи и Хозяин. Можете не беспокоится, это жертвенная еда. Её нельзя есть просто так. Если бы не пришли вы, мы бы сожгли её для духов или отнесли бы в лес, чтобы её съел Хозяин. А накормить гостя ещё лучше, чем принести еду в жертву. Духи одаряют нас благословлением, а Хозяин помогает нам охотиться.
–Хозяин хочет, чтобы вы уважительно относились к своим гостям, но он убивает всех, кто задержится в его лесу надолго. Не очень гостеприимно.
–Во-первых, это его территория, а деревню он оставил нам. Он никогда не пересечёт черту частокола, потому что любит нас. Во-вторых, он испытывает вас. Ваш ум, доброту, силу, даёт возможность добраться до нас только самым сильным, добрым и умным. Те, кто остались в тех грузовиках, были слабы, у них не хватило сил выйти из машины, разгрести снег или вообще пешком идти до лагеря. Солдаты, погибшие в лесу, были глупы, им не хватило ума понять, что ночью по такому лесу лучше не ходить. А если бы вы не проявили доброту к Айасу и лишили бы его жизни, то не попали бы сюда и погибли бы там. Всё просто.
