Вместо ответа лишь раздражённое фырканье. И легкий щелчок открывающегося термоса. Осторожный вдох…
— Мята и кардамон?
— Для вас заварил.
— То есть, вы знали, что я приду…
— Вы всегда приходите по субботам, профессор. И каждый раз спрашиваете одно и то же…
— Потому что я каждый раз надеюсь, что у вас просветлеет в мозгах — при условии, что они у вас вообще есть, в чем лично я сильно сомневаюсь — и вы поймёте, что вам здесь не место.
— Как и вам.
— Как и мне.
— Так почему вы всё ещё здесь? — Гарри открыл глаза и чуть повернул голову. — Вы ведь давно уже могли уйти…
— Мог, — Снейп невозмутимо подносит термос к губам, делая осторожный глоток, и смотрит куда-то вдаль.
Старательно делая вид, что не замечает немого вопроса в зелёных глазах. Наконец Гарри не выдерживает.
— Но остались, чтобы приглядывать за мной, так?
Тяжелый вздох. Горькая усмешка на бледных губах.
— Ну кто-то же должен…
Несколько мгновений они молча смотрят друг на друга, а потом Снейп поднимается на ноги и уходит, оставив термос с недопитым чаем на гладкой поверхности могильной плиты.
Зелёные глаза провожают его весёлым взглядом.
После войны всё изменилось.
Многое стало понятным.
Смерть — есть смерть.