Когда увели Стефани, Картер закрыл лицо руками. Он не плакал. Думаю, то, что он видел, причиняло ему более сильную боль. Проходя, Стефани бросила на него презрительный взгляд. Уже у двери она, обернувшись, сказала Гевински:
— Нет ничего, что он мог бы рассказать вам.
Кто знает?
Я знаю. И вы тоже. Муж не может свидетельствовать против жены, — и она вышла — королева в сопровождении почетного караула.
Она должна извиниться перед тобой, Рози, — заметила Касс. — Если не раскаявшись, то хотя бы из приличия.
Вы хотите остаться, доктор Хигби? — спросил Гевински.
Я бы хотела.
Тогда, хотя мне нравится ваша манера выражаться, помолчите. Ясно?
Хорошо.
Вот и замечательно.
Он вытащил свой скрученный в трубочку блокнот и ручку из внутреннего кармана пиджака и обратился к Картеру:
— Док, я буду делать небольшие заметки, но мы еще вернемся к этому разговору.
Он жестом сделал знак полицейскому в надетой наоборот бейсбольной шапочке и куртке на молнии. Тот исчез, а через минуту принес диктофон, размером с колоду карт.
— Пусть это не смущает вас, док. Это всего лишь формальность. Мы пользуемся этим всегда.
Он включил диктофон.
Вы сказали, что на пути домой вы увидели машину Ричарда Мейерса? Начните отсюда.
Я расстроился, потому что решил, что это началось опять.
Связь между вашей женой и мистером Мейерсом!
Да.
А когда вы узнали о ней?
Когда уже все закончилось.
Кто вам рассказал?
Мне рассказала Джессика. — Джессика Стивенсон?
Да.
Вы говорили об этом с миссис Тиллотсон?
Картер покачал головой.
— Я знал, что она решила отплатить мне, узнав обо мне и Джессике.
Гевински больше не спрашивал — Картер продолжал сам:
Детективы. Мне кажется, у женщин на это особое чутье. Короче, она наняла детективов. Но ее роман с Ричи закончился по другой причине: он влюбился в Джессику.
Вы не знаете, как отреагировала на этом миссис Тиллотсон? Это задело ее?
Думаю, да. Она… как бы отступила. Да, именно это слово. А потом, наоборот. Стала слишком активной. Перестала спать. Слишком счастливой.
Что произошло, когда вы вернулись домой тем вечером? Ваша жена была уже дома?
Да, но она всегда была дома, когда я приезжал, даже во время их романа. Она открывала бутылку вина. Была очень рада видеть меня. Слишком рада. Я пошел принять душ и переодеться в пижаму — я всегда это делаю, когда прихожу домой— и наткнулся на Ингер Йенссен.
Гевински обратился к одному из охранявших меня полицейских:
— Скажи Тернеру, фамилия этой пары Йенссен, и пусть он поторопится связаться с бюро по найму.
Он положил руки на стол и наклонился к Картеру.
Они оставили свой новый адрес, док?
Ингер звонила мне в офис по поводу окончательного расчета. Я сказал, что отправлю ей чек. Адрес вы можете узнать у моей медсестры.
Картер достал небольшую записную книжечку в кожаном переплете и назвал Гевински номер телефона его медсестры. Гевински отправил другого полицейского позвонить туда.
Итак, вы встретили Ингер? — спросил он.
Она что-то пробормотала, что миссис уходила бегать. Думаю, она понимала, что означало «бегать». Это был ее способ дать мне знать, что Стефания опять начала это.
И на следующий день они уволились?
Нет. Стеф выгнала их. Она всегда занималась наймом и увольнением прислуги, так что я не обратил на это внимания. Она во всем стремилась к совершенству. Когда она была адвокатом, она работала день и ночь. Когда она решила завести ребенка и сидеть дома — то же самое.
Я почувствовала острую боль в районе шейных позвонков и тупую боль между ребрами. Но, по крайней мере, я могла дышать. Я решила включиться в разговор.
— А когда ты узнал об убийстве? — спросила я.
— Тихо! — рыкнул Гевински. — Когда вы узнали об убийстве?
— Я смотрел утреннее шоу «Сегодня», когда местное телевидение прервало передачу. Я бросился наверх, но Стефани уже ушла на прогулку с подругами, — он внимательно посмотрел на свои тщательно отполированные ногти хирурга. — Думаю, в тот момент и понял.
Что это она убила его?
Да. Она вскоре вернулась домой, впечатление переполняли ее. Она рассказывала о полиции, которая окружила дом, и о том, чем она может помочь Рози.
Он произнес мое имя так, будто я была кем-то, о ком иногда упоминала его жена. Он даже не взглянул на меня.
Я ждал. После завтрака она пошла переодеться. Я стал осматривать все в поисках ножа. Они сказали по телевидению, что он был заколот. Я не понял сначала, что нож остался у него в животе. Я подумал, что она могла спрятать его в доме. Дом ведь большой. Она, думал я, видимо, ждет, когда я уеду на работу. Но я остался и продолжал искать.
И что вы нашли?
Только ее спортивные штаны и куртку. В комнате для стирки белья. Они были завернуты в кучу белья. Но я не знаю, те ли, которые она надевала?
А вы не знаете, где они сейчас?
Думаю, она от них избавилась. У нас нет теперь прислуги, и ей приходится делать все самой.
А ее спортивные туфли вы не обнаружили?
Стеф любит заниматься спортом. Среди ее вещей вы обнаружите четыре-пять пар спортивных туфель. Я не знаю, в каких она уходила.
