- Это река Аламедин, - объяснил Сергей. - Теперь наш путь будет пролегать вдоль нее. Правда, пойдем не вдоль русла, а вон по той дороге, что в ста метрах от нас, - указал рукой Сергей. - Это Алма-Атинская. Через нее мы переезжали вчера с караванщиками, только гораздо севернее. А до дачи осталось буквально пять-семь километров. Только вот что странно, мы по идее должны были пройти еще одну реку, Ала-Арчу, но я ее не видел.
- Я видел что-то похожее на русло, когда мы отошли от Джала, но еще не дошли до южных микрорайонов, - сказал Андрей. - Но оно было сухим.
- Да, примерно в том районе она и находилась. Значит, пересохла. Жаль.
Группа двинулась к Алма-Атинской и на ней повернула направо. Здесь дорога еще круче уходила наверх. Вплотную к ней стояли ряды полуразрушенных домов, а где-то справа негромко шумела река. Через пару километров бойцы вышли к огромной запруде, полностью заполненной водой.
- Это озеро еще до взрыва было. Может, кто-то сейчас с его помощью регулирует стоки, - предположил командир.
Метров через двести с правой стороны дороги начинался забор из бетонных плит. Судя по звукам, доносившимся из-за него, территория внутри была жилой. Но увидеть, что происходило за оградой, не получилось, так как плиты были высокие. Подходить ближе бойцы не стали, продолжив путь строго по трассе.
- Раньше здесь был военный госпиталь. И бетонный забор остался от него. Наверное, люди обжили его.
Сразу за медучреждением начинался тот самый поселок Беш-Кунгей, к которому они так долго шли. Вот только поворот на дачи находился в самом конце населенного пункта, который растянулся на несколько километров. К тому же нужно было снова спускаться к реке.
Поселок был хорошо обжит, хотя не был огорожен по периметру. Из труб на некоторых домах шел дымок, видимо, готовили еду на печках. Во дворах копошились люди, занимаясь домашними делами, возле некоторых жилищ играли дети. Однако никто не обращал внимания на путников.
От самого госпиталя командир не просто шел быстро, он почти бежал, иногда оставлял группу метров на пятьдесят позади себя. А когда свернул в сторону реки на грунтовую дорогу, уже конкретно перешел на бег трусцой. Парням ничего не оставалось, как последовать за ним.
Через полкилометра грунтовая дорога резко уходила вниз и заходила в тот самый дачный поселок. Поплутав по нему минут пять, Сергей вышел к искомой улице и вдруг перешел на небыстрый шаг. Пройдя метров сто, он остановился и прилип к сетчатому забору, за которым, буквально метрах в десяти, пожилая женщина, стоя к путникам спиной, поливала из лейки помидоры.
Командира затрясло, это было видно даже со стороны. Он схватился за забор, чтобы не упасть, но пальцы не слушались. Благо под руки его успели поймать Женя с Андреем.
Он узнал бы ее даже с большего расстояния, ее движения, жесты, все было до боли знакомым. Слезы навернулись на глаза, он, было, открыл рот, чтобы громко позвать ее, но лишь сдавленно смог произнести:
- Мама!
Женщина обернулась и застыла в изумлении. Лейка выпала у нее из рук, и она стала медленно оседать на корточки.
- Мама! - уже изо всех сил заорал командир, и в один прыжок, перемахнув через забор, бросился к ней. Он подхватил ее до того, как она упала. Аккуратно взяв ее на руки, он прижался к ее лицу и ласково сказал. - Мама, я тебя нашел. Я дома.
