Последнее дело Друри Лейна полностью

Борода была странной, необычной, почти комической. Имеющая форму лопаты, она ниспадала мягкими волнами с невидимого подбородка до двух кончиков невидимого воротничка. В ее многочисленных завитках было нечто девическое и одновременно величавое, как в бороде статуи Зевса. Но не форма и не завитки сразу же привлекали внимание. Главной ее особенностью являлся цвет.

Это была истинная борода Иосифа[1] — разноцветная и лоскутная, как его одежда, переливающаяся черным, голубым и зеленым. Видоизменилась ли она под действием солнца? Или же ее обладатель по какой-то неведомой причине окунал ее в лабораторные химикалии? Подобная олимпийская борода могла иметь лишь фантастическое происхождение. Ее следовало бы сохранить в музее для восторгов последующих поколений.

Инспектор Тамм, проработавший сорок лет в нью-йоркском управлении полиции и ныне ублажающий свой беспокойный дух бальзамом трудов в частном детективном агентстве, был приучен ко многим сюрпризам. Но даже он вначале пришел в ужас, а потом искренне заинтересовался нетрадиционной растительностью на подбородке посетителя, явившегося в погожий майский понедельник. Несмотря на богатейший опыт, ему никогда не приходилось сталкиваться со столь удивительной коллекцией разноцветных волос. Тамм уставился на бороду, словно не мог на нее наглядеться.

— Садитесь, — сказал он наконец, мельком взглянув на календарь проверить, не проснулся ли он сегодня каким-то чудом в уже миновавший День дураков — 1 апреля, — после чего опустился на стул, поглаживая широкий синеватый подбородок.

Обладатель радужной бороды опустился на стул, сохраняя полную невозмутимость.

Это был высокий худощавый мужчина — судя по запястьям, виднеющимся между перчатками и рукавами, и очертаниям ног, — все остальное не позволяли рассмотреть складки плотной ткани. Глаза скрывали синие стекла очков. Мягкая фетровая шляпа, которую он не стал снимать, войдя в кабинет инспектора, эффективно маскировала форму головы и цвет волос на ней.

Подобно Зевсу, он хранил молчание, подобающее верховному божеству.

Тамм кашлянул.

— Да? — ободряюще спросил он.

Борода слегка качнулась.

— Чем могу быть полезен? — продолжал Тамм.

Внезапно одна худая нога была закинута на другую, а руки в перчатках вцепились в костлявое колено.

— Вы действительно инспектор Тамм? — послышался слегка скрипучий голос.

Тамм нервно дернулся — это было все равно что услышать голос статуи.

— Вне всякого сомнения, — отозвался он. — А вы...

Рука сделала взмах.

— Это не важно, инспектор. Факт в том, что... как бы это сказать... у меня к вам довольно необычная просьба.

Она и должна быть необычной при такой внешности, подумал Тамм. Его рука скользнула под стол и нажала кнопку. Послышалось легкое гудение, на которое джентльмен с разноцветной бородой, очевидно, не обратил внимания.

— У людей, сидящих на этом стуле, как правило, необычные просьбы, — весело сказал инспектор.

Острый кончик языка мелькнул в чаще волос вокруг рта посетителя и тут же скрылся, словно испугавшись богатства их оттенков.

— Должен признаться, инспектор, что я присматривался к вам. Меня привлекло то, что вы кажетесь... э-э... не совсем обычным частным детективом.

— Мы всегда стараемся угодить клиентам.

— Да-да... Но вы абсолютно частный детектив? Я имею в виду, сейчас вы никак не связаны с полицией? — Когда Тамм недоуменно уставился на него, мужчина быстро добавил: — Понимаете, я должен быть уверен... Мое дело — строго конфиденциальное...

— О делах я не рассказываю даже лучшим друзьям, — проворчал Тамм. — Конечно, если в них нет ничего противозаконного. Агентство Тамма не связывается с мошенниками.

— О, нет-нет, — поспешно отозвался обладатель радужной бороды. — Уверяю вас, в моем деле нет ничего подобного. Просто оно... несколько странное.

— Если речь идет о вашей жене и ее дружке, — предупредил инспектор, — то вы обратились не по адресу. Наше агентство этим не занимается.

— Нет-нет, инспектор, это не семейная проблема. — Дыхание посетителя колыхало флору на подбородке. — Я хочу, чтобы вы хранили кое-что для меня.

— Хранил? Что именно?

— Конверт.

— Конверт? — Инспектор нахмурился. — А что в нем?

Обладатель радужной бороды обнаружил неожиданную твердость, плотно сжав губы.

— Этого я вам не могу сказать, — заявил он. — Уверен, что для вас это не имеет никакого значения.

Холодные серые глаза Тамма несколько секунд изучали удивительного визитера. Но синие стекла оставались непроницаемыми.

— Понятно, — кивнул инспектор, хотя он явно ничего не понимал. — Что значит «хранить для вас»?

— Просто держать конверт в надежном месте, пока я не приду за ним.

Тамм зевнул.

— Почему бы вам не пойти в банк? Это обойдется вам куда дешевле.

— Боюсь, вы не понимаете, инспектор. Я могу отдать конверт на хранение только человеку безукоризненной честности. — И он пристально взглянул на массивное лицо Тамма, словно проверяя, насколько можно ему доверять.