Америка, 1963 год, Джек Рэтчет – бывший полицейский, неспешно пропивающий свою жизнь за работой частного детектива. И привычный мир сыщика того и гляди развалится на части. Давно закрытое дело снова напомнит о себе, но на этот раз преступник жестоко расправляется с подругой сыщика, а подозрения падают на него самого.Однако не это становится главной проблемой сыщика, ведь над ним и его друзьями нависла древняя угроза, несущая с собой смерть и ужас.Сумеет ли он очистить своё имя, изобличить истинного преступника и спасти своих друзей в своём последнем деле?
– Знаешь, Джек, мне кажется… Мне кажется, что нам не стоит в это так активно лезть.
– И почему же? – Джек уставился на своего напарника поверх оправы очков, которые надевал только по случаю сильного похмелья… то есть почти каждую неделю. – Если нам удастся правильно слить эту историю писакам, то мы в шоколаде! Это отличная байка, Стоун, способная опрокинуть кого угодно. Журналисты начнут, копы подхватят… ты не хуже моего знаешь, как это работает.
– Знаю, – кивнул Сэм Стоун, усевшись на край стола, по другую сторону от Джека, который развалился в своём кресле закинув ноги на выдвинутый ящик стола — он всегда так делал, по праву главного в офисе. – Так же, как и знаю, что это «шкатулка Пандоры», будь она неладна! Стоит нам сунуться в это и поток дерьма на наши головы не иссякнет ещё добрых пару лет. И это ещё в лучшем случае! В худшем — нас же к ней и привяжут всеми возможными способами, а то и напрямую обвинят. Ты уверен, что мы продержимся на плаву при таких условиях, а, Джек? История эта всем хороша и складна, покуда сам ты не являешься её частью. А ты увяз в ней по уши!
– Сэмми, ты паникуешь раньше времени. Хорошо, давай разберёмся ещё раз, пройдёмся по всем событиям в целом, от и до. Что нам известно, что мы точно сможем доказать?
– Доказать?! Какое смешное слово ты вдруг вспомнил. Да ни черта мы доказать не сможем! – Сэм рассмеялся, прикуривая очередную сигарету.
С его появлением сизая дымка в офисе не растворялась ни на секунду, что бесило Джека до чёртиков, но не в этот раз. Сейчас он молчал и спокойно дожидался, когда Стоун выскажет своё мнение о всех недавних событиях. Это дерьмо действительно требовалось обмозговать.
Затянувшись и на секунду прикрыв глаза, Сэм взглянул на коллегу прояснившимся, проснувшимся взглядом и заговорил:
– По большому счёту, у нас есть лишь слова пары забулдыг и наши домыслы на их счёт, Джек. Твои показания тут роли не сыграют. Разве что против тебя. Потому да, только слова и размышления, смирись. И то, что мы правы, отнюдь не делает их чем-то бόльшим. И ладно бы будь это слова серьёзных учёных, или деятелей культуры, которые изредка прикладываются к стакану, чтобы снять стресс… какое там! У нас самые настоящие забулдыги, просыхающие только по утрам, в тягостные минуты по пути от кровати до бутылки. И не сказать, чтобы их путь был долгим. И с такими «надёжными свидетелями» ты хочешь направиться… а куда, Джек? В газеты? К властям?
– Да, тут ты прав — идти особо некуда. Почти все газеты им давно куплены, а власти…
– А власти ему их и продали. Знаешь, это дело сразу не внушало мне доверия, но в нынешнем ключе… Ты понимаешь, как хороший адвокат может всё это вывернуть?
– Просвети меня, – мрачно ухмыльнулся Джек, усаживаясь ровно и придвигаясь к столу, чтобы было куда поставить локти и нормально опереться, пока он слушает разглагольствования напарника.
Стоун же увидел в этих приготовлениях что-то своё, решив, что его друг настроился на серьёзный лад, потому взял стул и, приставив его к столу с другой стороны, уселся напротив и принялся всё-таки пересказывать события минувших дней.
– Итак, к нам… к тебе — меня в офисе не было и я не могу это подтвердить. Если я заикнусь, что был тогда в офисе, то это вмиг размажут и опровергнут. Тем более, что я заходил в бар в другом конце города и встретил там пару знакомых рож. Пришлось даже выпить с этими уродами, иначе в следующий раз они бы со мной не то что разговаривать — руки бы мне не подали! Так вот. К тебе пришла девушка. Вычитала в газетах, чем мы занимаемся и пришла просить о помощи. Она знала тебя когда-то давно… можно ли сказать, что вы встречались? – Сэм быстро вспомнил юридическую практику, переключившись на нужный лад.
– Ты пытаешься узнать, не трахал ли я её? – ещё мрачнее прежнего усмехнулся Джек, которого такая перемена в манере речи коллеги всегда забавляла.
– Значит, да, – по своему истолковал его реакцию Сэм. И оказался прав, но Джек никогда не озвучил бы этого вслух. – Таким образом, к тебе в агентство заявилась твоя бывшая и нажаловалась на своего нового ухажёра, какого-то богатенького урода. Что он её избивает, житья не даёт. Всё так?
Джек кивнул, вспоминая тот разговор в красках. Кэти была невероятно хороша в тот вечер, дурманя запахом джина и духов, сочетавшимся с Её запахом… Конечно, та ссадина у левого виска несколько портила её образ… однако, это их не остановило.
– После этого вы заключили договор об оказании услуг. Скажи, что вы его заключили, Джек! Джек?
– Что? – парень всё ещё смаковал в памяти тот вечер, потому откликнулся не сразу.
– Скажи, что вы оформили бумаги как полагается, чёртов придурок! – рыкнул на него Сэм, привставая и придвигаясь ближе к «коллеге».
– Ну мы… сошлись на устной форме, – Джек понимал, что отпираться бессмысленно и Стоун прав, что спрашивает об этом. Это важнейшая из его ошибок в этом деле.
