В другой комнате, вздрогнув во сне, проснувшийся Антон сразу заметил, что Александры рядом нет. Постель дарила холод. По телу пробежал озноб, и он коснулся места, где недавно спала супруга. Поняв, что её уже некоторое время нет рядом, Антон поднялся. Он зажёг свечу, оглянулся, но нигде, ни в комнате, ни в уборной рядом не нашёл Александры. Сумка же её с вещами так и стояла у двери, что уверяло: любимая не ушла надолго или не уехала…
Оставив подсвечник с горевшей свечой на столе, он сел на краю постели. Схватившись за волосы, он вспоминал ту холодность Александры, которую встретил, вернувшись сюда. Вспоминал все моменты вместе: трудное начало отношений, счастливое замужество и рождение первенца. Всё, казалось, не приносило с собою охлаждения чувств, чего понять никак не мог.
Не дождавшись возвращения Александры, Антон стал одеваться. Он смотрел на часы, в окно, в коридор, но она так и не возвращалась. Когда же в дверь постучали, он немедленно подбежал, распахнув её с надеждой увидеть любимую… Улыбка тут же исчезла с его лица…
Он смотрел на статных двух офицеров, и один из них не замедлил сообщить:
— Вашу супругу застали на месте преступления. Просьба пройти с нами.
Ошарашенный подобным, Антон не ответил ни слова. Он застегнул камзол и, собравшись следовать с ними, постучался прежде в комнату Алексея. Открывший дверь тот, готовый уже к новому дню, как было видно по его аккуратного виду, лишь слегка удивился полученной новостью…
— Что за преступление? — сразу вопросил он, и один из офицеров ответил:
— Не положено говорить! Приказано доставить барона к месту!
Оглянувшись на встревоженную за ним Софью, Алексей вздохнул:
— Подожди здесь, умоляю…
Она лишь кивнула, и он вместе с молчаливым от шока другом отправился за офицерами. Попытки поговорить с Антоном, пока ехали в карете под конвоем, не увенчались успехом. Антон молча смотрел в окно. Его переживания были ясны, но Алексей решил пока ждать.
Догадываясь уже о том, что могло бы быть, он скоро следовал за офицерами в заброшенную усадьбу рядом с небольшой деревней. Разбитые стены…. без крыши, без стекол… Мрачное настроение царило здесь, как по виду места, так и по лицам медленно прохаживающихся вокруг ещё нескольких офицеров.
Приглашая прибывших пройти в развалины, за стенами которых когда-то существовал холл, вышедший оттуда пожилой господин сказал:
— Только потому, что это Ваша супруга, позволили сначала приехать Вам…. барон, — встретился он с кивнувшим в приветствие Антоном.
Тот промолчал, словно знал, кто перед ним, и сразу перевёл взгляд на стоящую в свете арки любимую. Растрёпанная и испуганная она смотрела широко раскрытыми глазами в ответ. Перед нею лежало тело молодого человека, из раны на груди которого виднелась застывшая кровь, а склонившийся Алексей стал внимательно его рассматривать…
— Вы уж простите, — снова обратился к Антону пожилой господин. — О произошедшем нам сразу доложили, а супругу Вашу жители деревни задержали до приезда агентов… Убеждают, что здесь было свидание и разборки…
Антон снова кивнул. Он всё так же смотрел на Александру, молча взирающую в ответ, и еле слышно вымолвил:
— Понимаю…. Василий Степанович…
— Нож был в руках Вашей супруги, — сообщил тот дальше, но сидевший над телом убитого Алексей спросил:
— Разрешите получше взглянуть на нож?
— С кем имею честь? — взглянул с удивлением Василий Степанович, и он представился:
— Граф Аминов, Алексей Петрович. Мы с Вами не пересекались до сегодняшнего дня. Но я слышал о Вас от моего друга, — указал он взглядом на кивнувшего в подтверждение Антона. — Я служу в Петербурге, Вы — в Москве.
— Граф Аминов, — припомнил тот себе. — Да…. слышал. Служили Архарову. Хорошо. Пожалуйста, — согласился Василий Степанович и кивнул офицеру, на руках которого на развёрнутом платке красовался небольшой нож.
Взяв его, Алексей покрутил на свету со всех сторон и оглянулся на жертву. Снова наклонившись над раной, он взглянул на нож и вернул его офицеру:
— Это не орудие убийства, — заявил Алексей уверенно, чем удивил каждого из присутствующих…
— Молодой человек погиб раньше, чем ему нанесли рану, — стал далее пояснять Алексей, указав на нож в руках офицера. — И порезали его никак не этим оружием. Его конец острый, а предмет, которым распороли грудь, гораздо грубее и имеет зубцы… Небольшие, — склонился он снова над раной убитого, пристально разглядывая её вместе с севшим рядом Василием Степановичем. — Им провели от шеи к животу, видите?… А на теле можно наблюдать куски соломы, которой, возможно, тело пытались сначала скрыть, чтобы потом положить сюда… Возможно даже и был скрыт здесь, — указал он на гору соломы в углу развалин. — До нужных времён.
— Вашей наблюдательности можно позавидовать, — согласился тот. — Не зря Архаров хвалил, да и барон тоже, — взглянул он снова на Антона, но тот так и смотрел на испуганную супругу.
Оба застывшие на одном месте не делали ни шага. Оба будто и так всё сказали уже друг другу без слов…
