- Доброе утро, Калла. Я рада, что ты так быстро отреагировала.
- Мне по-прежнему нужна работа, Светлана Николаевна.
- Сегодня ты сможешь заняться делом.
Светлана Николаевна прошла через турникет и пропустила за собой Каллу. Далее они поднялись по той же крутой металлической лестнице на второй этаж и оказались в уже знакомом Калле коридоре, где как и тогда пахло сваркой. По коридору метались работники.
Светлана Николаевна завела Каллу в цех и плотно закрыла за ней дверь. Внутри просторной комнаты стояли плотно придвинутые друг к другу столы, за которыми уже сидели рабочие. Повсюду было ужасно пыльно, как в мешке от пылесоса. Все рамы и форточки были закрыты намертво и заклеены лентой. Светлана осмотрела цех - и бросилась к окну. Калла пошла за ней.
Это был единственный стол в цеху, который стоял обособленно от всех остальных. Раньше за ним работал один старый ювелир. Он проработал на фабрике всю жизнь и умер прямо на рабочем месте. После чего за этим столом больше никто не хотел работать.
- Вот твое рабочее место, Калла.
Калла поставила на пол рюкзак и села за стол. Это был специальный стол для обработки ювелирных деталей. Столешница была с округлой прорезью, под которой находился металлический выдвижной поддон. Над верстаком крепилась длинная лампа дневного света. На столе стоял начальный набор насадок для бормашинки. Машинка висела на стойке, рядом с верстаком. Все рабочее место было покрыто пудрой из серебра.
- Сейчас я принесу тебе несколько испорченных украшений, чтобы ты потренировалась, - сказала Светлана.
Как только Светлана Николаевна вышла - в цех вошел завхоз. Открыл журнал и попросил Каллу поставить подпись. Калла написала свою фамилию и указала дату. Завхоз захлопнул журнал и поспешил к двери, где разменулся со Светланой Николаевной.
- Я смотрю, Иван Павлович уже успел переписать на тебя верстак. Это хорошо, - сказала Светлана. - Теперь это место твое. А сейчас попробуй поработать. - И передала ей две заготовки - грубый мужской перстень и женскую сережку. Обе детали выглядели так, как будто бы их только что высекли из камня.
Калла набросила на шею фартух и одела на лицо респиратор, затем выдвинула из-под стола поддон и вплотную прижалась к нему животом. Взяла бормашинку и нажала ногой на педаль под столом. Упираясь локтями об поддон, Калла тщательно водила машинкой по округлой поверхности перстя, аккуратно проходя между узорами. Казалось, что она занималась этим всю жизнь. Калла и сама чувствовала, что у нее получаеться хорошо. Тоже самое она проделала потом и с серьгой. И уже в обед Калла показала Светлане Николаевне результат.
- Ты первый человек за всю историю фабрики, кто успешно прошел стажировку за один день. Завтра ты официально приступаешь к работе, - объявила Светлана Николаевна торжественно. - Поздравляю! - И вручила ей брелок от проходной.
На следующий день Иван Павлович выдал Калле уже профессиональный набор насадок для бормашинки.
Вовремя работы Калла старалась не думать о том, что трудиться в одном цеху с человеком, причастным к смерти ее любимого парня.
Дневник
Привет, Флэт.
Прости, что я так долго ничего тебе не писала.
Я в порядке и чувствую себя хорошо. Я абсолютно ни в чем не нуждаюсь, кроме, конечно, тебя. Но ты умер, и я понимаю, что больше никогда не смогу тебя обнять по-настоящему.
Неонилла Максимовна сказала, что умерает только тело, а любовь остается жить. Любовь - это не тело к которому можно прикоснуться - а чувство, которое можно только ощущать. Это были ее слова. И я с ней согласно. Но все равно считаю, что тело - это оболочка. Любовь как паразит проникает в него и завладевает им. И я рада, что смогла в своей жизни обнять любовь.
Я работаю шлифовщицей на ювелирной фабрике. Работа мне нравиться. Мастер говорит, что я очень быстро учусь. Я думаю, что она меня к чему-то подготавливает.
Коллектив хороший. Старые работники приняли меня хорошо и стараются всегда мне помагать. И что мне больше всего нравится, так это то, что мой верстак стоит напротив окна, из которого я каждый день вижу тебя.
На работу я езжу на велосипеде. По дороге иногда кручу трюки, чтобы не забыть, как надо правильно кататься. На выходных я планирую поехать куда-нибудь и потренироваться, но пока не знаю куда. Здесь нету даже перил, не говоря уже про гладкую поверхность, как на памятнике.
Возможно, у меня получиться попрыгать в карьере.
Мне пора...
Обнимаю....
Какой ты холодный...
Вовка
Каменный карьер уже много лет как был закрыт. Оттуда вывезли всю технику и забрали все жилые вагоны строителей. После этого карьер превратился в огромную заросшую яму.
Калла остановилась на краю обрыва и посмотрела вниз. Это было идеальное место для тренировок наедине, но только не сегодня.
На самом дне оврага Калла увидела человека. Она уже хотела разворачиваться и ехать обратно домой - но потом передумала. Застегнула шлем и начала медленно съезжать вниз по извилистым тропам, притормаживая ногой заднее колесо.
Спрыгнула с последней колеи и, не обращая внимания, поехала нарезать круги по заброшенному карьеру.
