Сонни входит в свой офис вместе с представителями обвинения и защиты. Помощник Сонни помогает ей снять мантию. Судья приглашает остальных сесть на стулья, расставленные вокруг длинного стола для совещаний.
– Ну, вы все люди немолодые и опытные, – говорит Сонни. – Давайте по-быстрому все обсудим. Никого этот разговор ни к чему не обязывает. Я просто хочу понять ваши позиции. Мозес, если я не ошибаюсь, доктор Макви прежде никогда не имела утвержденного судом иммунного статуса?
– Вы правы, ваша честь.
Согласно закону, обещание федерального прокурора о предоставлении иммунитета может защитить свидетеля от судебного преследования. Однако официальный иммунный статус, утвержденный судом, позволяет преодолеть право свидетеля использовать Пятую поправку и не давать показаний против самого себя.
– И вы хотите предоставить ей официальный иммунный статус, чтобы получить возможность получить от нее все показания, какие только возможно?
Мозес с непроницаемым лицом какое-то время напряженно размышляет, а затем говорит:
– Ну, сначала мне хотелось бы ознакомиться с теми текстовыми сообщениями, которые имеются в распоряжении Сэнди.
Стерн откликается в ту же секунду:
– У меня нет никаких текстовых сообщений. И я, строго говоря, никогда не утверждал, что они у меня есть.
Из горла Мозеса вырывается неопределенный звук, выражающий, по-видимому, крайнюю степень раздражения. Сонни внимательно смотрит на Стерна, вспоминает все, что происходило и было сказано в зале суда, а затем спрашивает:
– Ложная атака? На пушку всех взяли?
Стерн кивает.
– Браво, – говорит Сонни и поворачивается к Эпплтону: – Что ж, Мозес, полагаю, для того чтобы узнать содержание этих текстовых сообщений, вам потребуется специальный ордер.
– Если только у компании они в самом деле есть, – говорит Фелд, который явно возмущен.
Сонни пожимает плечами:
– Так или иначе, скажите – обвинение собирается предоставить доктору Макви официальный иммунный статус?
– Сомневаюсь, – говорит Мозес, покачивая головой. Предоставление Иннис официального иммунитета очень серьезно осложнит перспективы привлечения ее к суду за дачу ложных показаний под присягой и сделает почти невозможным предъявление ей обвинения за нарушение каких-либо других статей законодательства. Ни один прокурор не захочет этого делать в отношении свидетеля, который нарушил сделку с правосудием, обязавшись говорить только правду.
Фелд заставляет всех потерять еще несколько минут. Он высказывает мнение, что показания, которые уже дала Иннис, лишают ее права прибегнуть к Пятой поправке. Минни, судебная стенографистка, зачитывает вслух фрагменты сказанного Иннис со свидетельской кафедры, а Элия, один из помощников Сонни, находит несколько судебных прецедентов. В конце концов все соглашаются с тем, что Иннис сохраняет возможность воспользоваться Пятой поправкой в рамках происходящего судебного разбирательства – по крайней мере в плане того, что ей было известно об аллергической реакции пациентов на «Джи-Ливиа», приведшей к смерти нескольких больных.
– Ладно, – говорит судья, подводя черту юридической дискуссии. – Так что мы будем делать?
– Я считаю, что ее показания должны быть полностью аннулированы и удалены из протокола, – говорит Стерн.
– Нет! – возражает Марта, вскинув руки. Затем она нашептывает что-то на ухо отцу. Она успела продумать сложившуюся ситуацию глубже, чем Стерн. Запись телефонного разговора с Кирилом, которую сделала Иннис, в любом случае будет приобщена к вещественным доказательствам. Эксперты уже определили дату и время, когда она была сделана, и кто-нибудь – к примеру, Леп – сможет опознать голоса на ней. Если показания Иннис будут аннулированы, защите запретят ссылаться на ложные показания, которые она дала в завершающей части перекрестного допроса. С другой стороны, если то, что сказала Иннис со свидетельской кафедры, сохранится в протоколе, Мозес, который наверняка останется верен себе, никогда и ни за что не признает ее показания правдивыми. Стернам же это позволит высмеивать ее.
– Я отзываю свое предложение, – говорит Стерн.
– То есть вы не собираетесь ничего менять и намерены продолжать придерживаться своей линии защиты? – уточняет Сонни.
– Мы хотим, чтобы она выступила перед присяжными, – говорит Марта. Она имеет в виду, что Иннис должна обосновать перед членами жюри свое намерение прибегнуть к Пятой поправке.
