Зал, в котором оказалась Валлиса, очень был похож на тот, где лежало её тело. Возможно, подсознание автоматически старалось понять назначение невиданного раньше помещения. А, может, там, где оказалась душа девушки, была такая же усыпальница, разве что немного побольше и на стенах среди иероглифов прилепились несколько чадящих факелов. Да ещё на самом видном месте красовался текст, написанный явно не иероглифами. Язык этот девушка просто не знала, но всё же попыталась прочитать.
Curieux scrutateur de la nature entiere,
J’ai connu du grand tout le principe et la fin.
J’ai vu l’or en puissance au fond de sa miniere,
J’ai saisi sa matiere et surpris son levain.
J’expliquai par quel art l’ame aux flancs d’une mere,
Fait sa maison, lemporte, et comment un pepin
Mis contre un grain de ble, sous l’hamide poussiere,
L’an plante et l’autre cep, sont le hain et le vin.
Rien n’etait, Dieu voulut, rien devint quelque chose,
J’en doutais, je cherchai sur quoi lanivers pose,
Rien gardait l’equilibre et servait de soutien.
Enfin, aves le poids di l’eloge et du bllame,
Je pesai l’eternel, il appela mon ame,
Je mourus, j’adorai, je ne savais plus rien. [17]
